По праву твоего рождения

Сначала он по ошибке принял ее за демоницу из свиты отца. Всякое может быть, в замке полно созданий разных мастей и рас.

Но нет, позже Крезо понял, как ошибся. И девочка оказалась недосягаемой. Девочка из мира живых, просто демонской крови в ней достаточно для того, чтобы находиться в обоих мирах.

А еще она была волчицей. Он видел ее зверя. Видел красоту и опасность в ней. Читал жажду крови в ее глазах.

Крезо подкараулил девчонку, когда она была одна, без папаши. Не сказать, что Крезо ненавидел Клима Дикого.

Нет, наоборот. Страж, демон и вожак клана внушал молодому парню уважение. Особенно Крезо нравилось, как Дикий управлялся с топором. Знатный артефакт. Известный во всем Межмирье и далеко за его пределами. Только достойный мог им управлять. Впрочем, Клим и являлся таковым.

И вот первая встреча наедине с Евой закончилась фиаско. А ведь Крезо – красавчик, по крайней мере, так наперебой твердили все женщины, демоницы, хищницы. А тут – дерзкая малолетка отфутболила его. В прямом смысле.

Швырнула в него чертовым огнем так, что Крезо пару недель зализывал раны и ждал, когда волосы отрастут, а рога перестанут облезать.

Во второй раз повезло больше. Просто Крезо застиг Еву врасплох. Подкараулил в одном из коридоров замка и припер к стене.

Отхватил оплеуху, да. Но это того стоило.

– Отвали! – рычала Ева, а в красивых глазах вспыхнуло яркое пламя.

– Брось, ты ведь тоже этого хочешь, – усмехнулся Крезо, а стальные объятия сжимались все крепче вокруг тонкой фигурки.

– Кретин! – рявкнула демоница.

В тот раз он узнал, каковы на вкус ее губы. Потом, правда, пришлось торчать во дворце, пока заново не отрастут спаленные ресницы, брови и, да, волосы. Но все это мелочи в сравнении с тем, что начал чувствовать Крезо к взрывной, не только по характеру, Еве.

Он начал чувствовать. Все. Точка. В нем проснулась жизнь. Он и сам этого не ожидал. А заметил и окончательно принял ситуацию, когда увидел свое отражение.

У него начался оборот. В человека. Он больше не был исчадием преисподней, с рогами, смуглой кожей, дьявольскими черными глазами.

Крезо даже мог спокойно находиться в мире живых, не испытывая дискомфорта.

И он понимал причину. Вернее, помогла понять мать. Она ведь берегиня, чувствует жизнь и все живое. Конечно же такие изменения в собственном сыне не могли пройти мимо нее.

Крезо не боялся перемен. Его не страшила перспектива жить в том мире, что был для него чужим. Но Ева вдруг перестала появляться во дворце.