По праву твоего рождения

Он был до охренения счастлив сейчас, держа Дарью в своих руках.

Острые зубки вонзались все глубже. Боль граничили с удовольствием. В какой-то момент Дикий и сам не выдержал. Погрузившись в податливое, любимое тело в последний раз, взорвался от наслаждения. Дашу трясло. Она цеплялась за его плечи, оставляя глубокие царапины от когтей. А Клим понял, что ему мало. Он вновь начал двигаться, продолжая разрываться на мириады частиц, пока не рухнул на постель.

Придавил Дарьяну собой. Но любимая не возражала. Обхватила его, судорожно выдохнула и затихла.

А демон требовал крови. Клим пытался сдержаться. Но терпкий солоноватый вкус уже забивал ноздри, сводя монстра с ума.

Даша повернула голову. Запутала пальцы в волосах на его затылке. Надавила так, что Клим прижался лицом к ее шее.

Удивительная у него волчица. Нереальная. И он ощущал, что в ней нет отвращения к его темной стороне. Она не боялась его монстра. Не пряталась. Не играла. Не притворялась.

Клим прикрыл тяжелые веки. Острыми клыками вспорол тонкую кожу.

Дарьяна перебирала его волосы, лаская кожу головы. И Дикий сам не понял, как увлекся. Одна капля, вторая… десятая…

– М-м-м-м! – протянула Дарьяна и шикнула от боли.

– Прости! Прости! – выдохнул Клим, тут же убрав клыки, принялся покрывать мимолетными поцелуями острое плечико и изящную шею.

– Ничего страшного, – успокоила Дарьяна.

Клим сцепил зубы. Не нравилось ему то, как легко он только что утратил контроль.

Выдохнул. Перехватил тонкое запястье, прижался к нему ртом, целуя и вдыхая родной аромат истинной. Удовлетворенно заурчал, когда понял, что ее запах изменился. Смешался с его. Кайф, даааа…

И вдруг зверь дернулся. Встал в стойку, точно учуял приближение врага.

За сотню лет службы стражем и за годы работы у Чернобога Клим научился доверять чутью.

– Одевайся, солнышко, – негромко приказал Дикий, а сам уже вынимал подходящие вещи из шкафа. Для Дарьи и для себя.

– Что стряслось? – не стала возмущаться девушка, а торопливо подскочила с койки.

– Надо разобраться, – честно ответил Клим.

Проследил, как девушка завязала тесемки на брюках и поправила футболку. Улыбнулась, словно ждала следующих указаний. Клим невольно и сам расплылся в ответной улыбке. Настолько трогательной и доверчивой она была в эту секунду.

На миг расслабился. Непозволительный поступок. Чреватый последствиями.

А ведь чутье вопило.