По праву твоего рождения

Клим нахмурился. Осторожно, не говоря ни слова, выбрался из постели. Быстро оделся и только потом повернулся к Дарье лицом.

Девушка уже тоже надела футболку и широкие брюки. Выглядела Даша трогательно, беззащитно, словно хрупкая принцесса. Впрочем, она и была хрупкой принцессой, его, Клима, девочкой.

– Нечего тебе там делать, Дарья! – негромко, но твердо, уже без улыбки, заговорил Клим. – Мир мертвых совсем не подходит для тебя.

– А тебе, значит, подходит? – прищурилась девушка, поджав губы. – И что, бросишь здесь все, вернешься на службу? Бросишь меня… нас?

Дикий шумно выдохнул.

В дверь постучали, а демон лишь рыкнул, предостерегая Кита, что нельзя сейчас входить к ним с Дашкой в комнату. У них на повестке дня – семейная ссора. И ведь все хорошо было еще полчаса назад. А теперь что делать?

– Даша, ты пойми, по своей воле я никогда тебя не оставлю, – яростно прошипел Клим, – но если только так выйдет защитить тебя, так и будет.

– Сбегаешь? Признайся, так и хочешь бросить меня! Или между тобой и Вереей что-то есть? Вы ведь давно знакомы! – повысила голос Дарья.

Девушка утонула во внезапно вспыхнувшей ярости. Она ослепила Дарью, пробудила ревность. И ведь понимала прекрасно, что ведет себя глупо, а все равно ревновала.

– Да ты издеваешься, Дашка! – вспылил Клим и дернул ладонью ворот своей футболки, обнажив метку. – На мне твоя метка стоит! Забыла?

– Ну мало ли! Откуда мне знать, по каким законам живут в Межмирье! Вдруг там наши метки не работают! – вредничала Дарья.

– Да я же… Да как… Да ты… Едрит твою налево! – рыкнул Клим.

 – Да пусть там хоть миллион Верей будет, мне плевать на них! Я тебя почти двадцать лет ждал! Разве это ничего не значит?

– А я знаю, ждал ты или нет? – с обидой в голосе проговорила Даша.

И как раз в этот момент в дверь более решительно постучались. И Клим уже понял, что совсем не Кит, или парни-стражи ждут в коридоре.

– Эй, молодежь, хватит выяснять отношения! – насмешливый голос дражайшего тестя слегка отрезвил Дикого.

Нет, ну ладно, Дашка, молодая и глупая.

А он же опытный, по меркам человеческой расы, вообще старик. И повелся на эмоции.

Выдохнув, Клим взглянул на любимую исподлобья. Даша смотрела все так же воинственно, словно всем своим видом показывала, что от сказанных слов не откажется. Пойдет за ним, если будет необходимость.

– Ох и вредная ты у меня, Дарьяна Радмировна, – пробормотал Клим, выдыхая.

– Сама знаю! – насупилась Даша еще сильнее.

– Но любимая, – закончил Клим свою мысль.