По прозвищу Святой. Книга первая

На этот раз немцы озаботились ищейками, и теперь лес наполнялся не только выстрелами, криками и командами, но и собачьим лаем.

Значит, на этот раз не уйти, думал Максим, приближаясь к родному болоту. Собаки пойдут по следу и выведут к партизанскому лагерю в любом случае. А немцы настроены серьёзно. Серьёзней некуда. Это надо же — бросить на партизан целый усиленный полк, который по всем данным должен был сейчас двигаться куда-нибудь в район Киева.

Ну что ж, так тому и быть.

Полтора километра радиус поражения после взрыва кваркового реактора.

Максим помнил это очень хорошо.

Он хотел добраться до схрона, спрятаться под землю и только тогда взорвать корабль вместе с идущим по пятам немецким полком, но ему не дали.

— Немцы, — бесстрастно доложил КИР, когда до схрона оставалось около полутора километров. — Немцы впереди. Ждут.

— Много?

— Рота, не меньше.

— Они не могли меня обогнать!

— Значит, это засада. Больше мне нечего сказать.

Максим остановился, обернулся. За деревьями уже мелькали, успевшие стать ненавистными, немецкие мундиры.

Впереди путь пересекал небольшой овражек, по дну которого журчал ручей.

— Расстояние до корабля?

— Тысяча шестьсот двадцать два метра, — доложил КИР.

— Взрывай! — приказал Максим и прыгнул в овражек.

Упал в ручей, закрыв глаза и прикрывая голову руками.

Раз… два…

Ослепительная вспышка света, казалось, пробилась к глазным нервам с другой стороны, через руки и затылок, и заполнила собой всё.

Следом ударили нестерпимый жар и оглушительный грохот.

Взрывная волна, ломая толстенные деревья, как спички, подняла Максима в воздух и швырнула вперёд с яростью сошедшего с ума великана. Последнее, что он ощутил — страшный удар обо что-то твёрдое, хруст собственных костей и боль, пронзившую его раскалённым копьём.

А затем сознание погасло, и пришла тишина.

[1] В нашей реальности 6-я армия вермахта действовала несколько иначе.

[2] Полувоенное формирование мельниковской ОУН, образовано в начале августа 1941 года.

[3] Чего мы тут сидим, не понимаю? (укр.

)

[4] Хлопцев Тараса Гайдука убили партизаны — комуняки и проклятые москали. Это всем известно. Сенника и Сиборского — бандеровцы. Это тоже все знают. А мы тут сидим, горилку пьём, да баб дерём. Позор! (укр.)

[5] Позор! Смерть москалям, жидам и бандеровцам! Но сначала — жидам! Ничего, ничего, десятого сентября будет дело. Недолго ждать осталось. (укр.)

[6] Андрею уже хватит. Хлопцы, кто-нибудь, отведите его домой. (укр.)

[7] Извините. Буду знать (укр.