… по прозвищу Кобра (СИ)

И вот, что с этим делать? Разубеждать барича Заи в своей необычности? Чувствую, бесполезно… А у меня на него большие планы… А-а-а, ладно, побуду этим… Кем? Да, кем скажет барич Заи, тем и побуду… И я важно говорю ему протяжным голосом, как причтик на службе… как призрак отца князя Миха, только без рупора:

— Встань с колен, о, прозелит Заи… сядь за стол… о, любезный моему сердцу неофит, хочу говорить с тобою откровенно…

Долго я так говорить не могу, начинает разбирать дикий хохот, но пока держусь…

Барич Заи молча встаёт на ноги, садится на маленький приставной стульчик, придвигается к столу и смотрит на меня такими преданными собачьими глазами… о, нет, я сейчас точно расхохочусь:

— Скажи мне, о, прозелит Заи… хочешь ли ты, пистевон, что бы меня пленили, ограбили и позорно убили сильные мира сего, как это случилось с тем, кто Имя, когда он явился к людям?!

Барич Заи часто-часто мотает головой, он, конечно же, не хочет, чтобы со мною так несправедливо поступили, и это желание его совершенно искренне, я слежу за его мыслями.

— Тогда, какого ты ведёшь себя как последний елоп, о, прозелит Заи?! — рявкаю я, делаю небольшую паузу и говорю уже обычным, но наставительным тоном:

— Значит, так… с этого момента, дорогой барич Заи, Вы обязаны вести себя со мною, как с обычным мальчиком, особенно на людях.

Мальчикам моего возраста говорят «ты», перед ними не бухаются на колени и вообще… пока не приедем в Ман, никому не нужно знать кто из нас двоих настоящий хозяин фургона, вернее, для всех им будете Вы, как и раньше. Приедем, разберёмся, а до тех пор, ни-ни. Только Вы теперь знаете кто я, умный, догадались, но этого достаточно, тс-с… А за Ваше молчание, я и дальше буду Вас спасать, сохранять и всячески способствовать. Принимается?

В глазах Заи стоят слёзы умиления, умом и сердцем он принимает, что да, он будет всё делать так, как сказал… Кто? Конечно же, Светлый Ангел того, кто Имя, вот кто! Но, нужно ещё слегка потренироваться.