По темной стороне

 – Ты ее впитала. Теперь это твоя сила.

– Ты больше не человек в полном понимании этого слова. После незавершенного обряда эта сила лишила тебя возможности принять в себя Изначальную Тьму, – подтвердил Шэйн.

– И вы решили меня благословить, чтобы я снова стала сосудом? – Да, в моем голосе прорывалось неподдельное возмущение, которое было задушено ровным:

– Ты уже никогда не сможешь принять Рассах, но благословение выжжет из тебя лишнюю тьму. – Раяр был запредельно серьезен и прочно верил в то, что говорил. – В противном случае она просто уничтожит тебя.

– Ага, и весь ваш Излом…

Раяр непонимающе посмотрел на меня, но за разъяснениями повернулся к Шэйну.

– А ты не знаешь? – удивился тот, но тут же сам себе ответил: – Конечно, не знаешь, о чем это я. Едва ли Рассах стала бы распространяться об этом. В начале правления света и тьмы Излом был почти в два раза больше, но…

С сомнением посмотрев на меня, а потом на Раяра, Шэйн весело спросил:

– Надеюсь, ты не очень расстроишься, если узнаешь, что был не первым ребенком Рассах? Первым она изменила человеческого мальчика, наполнив его тьмой.

– Но об этом нигде не написано! – воинственно заметила я, чуть подавшись вперед.

– Конечно, не написано, – усмехнулся Шэйн. – Это секрет Рассах, о котором, кроме меня и Мирай, не знал никто.

– Просто поразительно, – пробормотала я, откинувшись обратно на спинку стула.

А меня накрыло неожиданное озарение:

– Погодите-ка! Но если Раяр об этом не знал… – Я медленно подняла на него глаза, до глубины души пораженная неожиданным открытием. – Это ты чего, это ты меня в храм потащил, потому что за меня боялся, а не за ваш этот Излом?

Раяр нахмурился. Рожа кирпичом, сидит, ни в чем не признается и смотрит куда угодно, но только не на меня.

А я же, я же прямо все!

– Яна, перестань, пожалуйста, – сдержанно попросил мой кошмар, которого, кажется, основательно долбануло умилением.

– Не могу, – призналась с улыбкой. Спинка моего стула едва слышно затрещала под ладонью хищника, заставив всполошиться Шэйна:

– Этому стулу почти сотня лет, не смей его ломать! Яна, что бы ты ни делала, прекрати!

– Да как же я прекращу? – удивилась я, смело придвинувшись к хищнику. А потому что не надо сидеть в зоне поражения.