– Мочи его! Слева давай, слева! А теперь справа! Там вражина сидит! Вашу кашу, стреляй!
– Да вижу я, вижу, не лезь ты под руку, – отозвался напряженным голосом дядя Боря и заметил меня. – Ой, Катька, привет, а мы тут рубимся в «Контру». Хочешь с нами?
– Нет, – отказалась я вежливо, – спасибо я не хочу. И не умею.
– Вот и я не умел, – весело отозвался папин друг, – всего четыре часа – и смотри, как я их делаю!
– Смотри, смотри, впереди, за забором! – заорал Славон. И оба мужчины с головой окунулись в атмосферу популярной стрелялки.
Мне оставалось только развести руками и уйти переодеваться в ванную комнату.
Как оказалось, к Томасу заявился сегодня добрый десяток гостей – самых лучших его друзей из многочисленной армии приятелей и поклонников. Кто-то из них притащил с собой два ноутбука и нетбук, подключенных к Интернету. Этот же добрый человек предложил остальным поразвлечься, поиграв в известный «Контр Страйк» по сети. Все, кроме Томаса и писателя Краба, тут же согласились и оккупировали имеющиеся в доме электронные машины.
Даже не знаю, каким волшебным образом они, выманив из-за компа Эдгара, заполучили в пользование его компьютер. А теперь, разбившись на пять команд, играли в разных комнатах, в том числе и в комнате временно отсутствующего Леши и на кухне. Томас ходил туда-сюда и со скорбным видом вещал о двустороннем вреде компьютеров на тела и умы игроков.
– У тебя же сын двадцать часов в день сидит за компом, – возразили ему в ответ на очередную гневную нотацию, посвященную вреду электронных излучений на организм.
– Мой сын – гений, – заявил папа. – Ему нужен компьютер, как воздух. Или как тебе алкоголь, – обратился он к бородатому другу-рокеру, азартно пыхтящему над монитором.
– Ты, балда от авангарда, – хмуро отозвался он, проигрывая в это время дяде Боре, – утихни. Или повозюкой кисточкой.
– Возюкают пятой точкой по унитазу. А я пишу и создаю, – отозвался он и, задрав голову кверху, ушел.
Томас окончательно разобиделся и около двух часов промывал мозги своим детям: мне, Нельке и Эдгару. Сестрица в конце концов сбежала в гости к подружке с ночевкой, брат уснул, а я пала единственной жертвой разговорчивого родственника."
"– Эти люди – как обезьяны, – вещал он мне, имя в виду гостей, – они затворники чужих интересов – они уткнулись в электронные рыла-воронки и отупели. Принесли свое здравомыслие в жертву бездушной электронике.
