Видела тебя, к примеру, кое-где. Слышала кое-что. Узнала у кое-кого. Заметила странные вещи в поведении Антон… в твоем поведении, когда ты был Антоном. – Я спохватилась и не стала выдавать Фила. – Я не буду раскрывать всех козырей, дорогой мой друг.
– Ты у меня очень умная, – слабо улыбнулся он, сел рядом, закидывая ногу на ногу и начиная понемногу раскачивать качели, – значит, ты знаешь, что с самого детства я общался с Арином, Алиной и еще одной девочкой. Ее звали Ольгой. Лет до тринадцати мы все были отличными друзьями: наши родители были примерно одного материального положения, а мы учились в одной и той же школе – частной, закрытой, за которую предки отваливали кучу денег.
И жили мы близко. Арин – мой лучший друг, и, наверное, всегда им будет. – Отчего-то Кей потер правый кулак с отбитыми костяшками пальцев.
– А я думала, Келла – твой лучший друг. Вы всегда вместе.
– Может быть. Мы всей группой обычно вместе, хотя у нас есть разногласия, но все мы – братья. Кто-то вроде братьев. – Серьезно отвечал молодой человек.
– Просто чаще всего ты видела меня именно с ним. На деле Келла больше тусуется с Рэном. Они похожи, и оба очень любят красивых девочек. К ним присоединяются еще пара ребят. «На краю» – это не только пятеро музыкантов. С нами всегда находится еще куча народа. Просто их не видят фанаты и слушатели. Катя, ты делаешь выводы, основываясь только на собственных эмоциях и чувствах, – он говорил это мягко, – поэтому твои выводы часто не совпадают с реальностью.
– Точно, – мрачно отозвалась я, позволяя ему раскачивать качели все сильнее. – Я думала, Арин влюблен в Алину. А они оказались братом и сестрой.
– Я думал, ты это знаешь, – удивленно произнес Кей. – Ты считала их влюбленными? – Он рассмеялся. – Ну, ты даешь. Детка… Катя, ты – чудо.
– Рассказывай дальше. Без чудес. И деток."
"– Хорошо. Лет в тринадцать оказалось вдруг, что я влюблен в Алину, а Арин – в Ольгу. Она была лучшей подружкой его сестры. Мы благополучно разбились на парочки.
Пять лет у нас у всех все было отлично. Потом Олю увезли. Ты знаешь причину. Она не могла сопротивляться воле родителей. Арин даже не успел попрощаться с ней. Для него это было большим ударом, хотя он и не показывал, насколько ему плохо. По иронии судьбы в этот же день я узнал истинное отношение Алины ко мне. А ее я любил – очень любил. Ради нее я готов был сделать все.
– Хватит мне про нее говорить, – раздраженно произнесла я. Арина мне было немного жалко.
