По твоим следам

А в зале, кажется, повисло гробовое молчание. И даже музыка стихла. И голос Светозара Мироновича звучал четко и грозно, не оставив ни единого шанса присутствующим неверно истолковать слова Вольнова. Каждый гость, будь то хищник или человек, прекрасно слышал старика. А Заря ощутила волну силы, исходившей от отца Тима. И, пожалуй, склонить голову хотелось всем, кроме Тихомира. И Зарета видела, как хищники замерли, а ее муж выступил вперед, увлекая и ее за собой.

— Верховный, позволь представить тебе мою жену и истинную пару Зарету Вольнову, — негромко, но четко проговорил Тихомир.

А Заря поняла, что эта новость произвела фурор. Сам Верховный появился здесь, в ресторане на территории клана Вольных. А ее, обычную человеческую девушку, представили самому главному и древнему хищнику.

По залу пронесся легкий ропот, а Заря интуитивно прижалась к боку Тима в поисках поддержки и опоры.

Тихомиру пришлось наступить на глотку своей гордости, перешагнуть через обиды на отца, через годы непонимания и размолвок с родителями.

И мысль о том, что придется идти к Верховному на поклон грызла его изнутри. И сейчас, сидя за столиком в ресторане, слыша голоса хищников и чуя их интерес, направленный на истинную пару, Вольнов понимал: иного выхода у него просто не было. Иначе они не приняли бы Зарю, так и считали бы его, Тихомира, жену всего лишь очередной подстилкой. И никаких доводов не хватило бы, чтобы пресечь все слухи о Заре.

А хотя, нет. Тихомир мог бы заставить клан принять Зарю. Его силы хватило бы. Но тогда слухи бы все равно расползлись.

А Зарета — очень хрупкая девочка, чтобы не реагировать на них. Переживала бы, расстраивалась. К тому же хищники других кланов открывали бы свои пасти на Зарю. А так сам Верховный взял ее под свое покровительство.

Верховный исполнил свою роль, и теперь Тим оказался должен ему. Но с этим Вольнов разберется позже. Главное, что Зарета сейчас сидела, доверчиво прижимаясь к его бедру своим и не отнимала тонкой ладони из его, Тихомира, пальцев.

Матушка о чем-то беседовала с Зарей, а Тим толком не слушал.

Размышлял совсем о других вещах, ну и прислушивался к волку.

А зверь чуял беспокойство. И оно касалось Зари. Тим это ощущал четко. А потому был настороже. Более того, отпустил волну силы, будто ищеек, по залу. Вольнову казалось, что-то идет не по плану. Где-то здесь, прямо под его носом, скрывается что-то важное, неуловимое, но опасное.

Тим настолько погрузился в себя, что не сразу понял, что Верховный обращается к нему.