По воле короля

— Разделитесь по трое, — она дождалась, пока слуги выполнят. — Теперь разойдитесь к повозкам, поможете разгрузить там, где вам скажут. Ты и ты, — указала на оставшихся слуг, — берите этих лошадей под уздцы и подъезжайте ко входу.

— Мастер Колби, за казармой, ближе к скале, стоит кузня. Часть подсобных помещений пустует. Предлагаю вам осмотреться. Возможно, эти помещения подойдут под стекольную мастерскую. Нет — будем искать варианты. Мэтр Ори, оставьте свои вещи под присмотром мастера Вигора, — герцогиня обменялась быстрыми взглядами с бывшим наёмником, — и идите за мной.

Мэтр Ори не стал ничего уточнять и сделал, как велела герцогиня, — пошёл следом.

— Мастер Вигор, — напоследок Лисса подошла ближе к мужчине и тихо уточнила, — от мастера Смолла не было вестей? — герцогиня уже беспокоилась из-за долгого отсутствия своего человека. В дороге могло случиться, что угодно: убили, ограбили, заблудился, в конце концов.

Вигор отрицательно мотнул головой. Приложил руку к груди и потёр место старой раны, которую когда-то вылечила принцесса.

—  Чувствую, что с ним всё в порядке. Он недалеко.

Лиссандра шла чуть впереди. Рядом шагал лорд Бейли, и ключи на его поясе глухо позвякивали, наталкивая на важную мысль. Герцогиня не спросила супруга о казначее, так её сбила с мыслей весть о беременности любовницы супруга. Есть ли он? Что-то подсказывало, что лорд Бейли совмещал две ключевые должности: управляющего и казначея. Считай, абсолютная власть. Выше только герцогская воля. За какие заслуги? Неужели он так хорош в делах?

Герцогиня не планировала полностью забирать на себя функции управляющего и казначея, но, как Хозяйка, планировала контролировать.

Даже самый честный человек со временем без должного контроля мог начать приворовывать. У Лиссандры после рассказа Колина о житие-бытие в Стоунберге уже были мысли, что лорд Бейли не чист на руку. Но не пойман — не вор. Начинать нужно было с малого — с обхода территории, чтобы составить своё собственное мнение, и инспекции счетов.

Лорд Бейли вышагивал рядом, с сомнением косясь на герцогиню.

За всё время пути по коридорам и лестницам вниз, в подземелье, она ни о чём его не спрашивала. Иногда молча кивала, когда он отпускал реплику о том или ином зале, коридоре, повороте.

Он не мог понять, чего ожидать от этой тощей девицы с жуткими зелёными омутами вместо глаз. В размеренное течение их жизни вклинился неучтённый фактор, как противный острый камушек в сапоге. Так и хотелось остановиться и вытряхнуть его.