По воле короля

Драконьим зрением Эрик увидел, как под тонкой белой кожей Лиссандры мечутся золотые всполохи магии в поиске выхода. Зрелище было завораживающе прекрасным. Дракон довольно заурчал над своим сокровищем, доводя обоих до финала. Вместе с тем на долю секунды всё тело Лиссандры охватило мягким золотым огнём. И этот огонь они поровну разделили на двоих.

В предрассветных сумерках Эрик рассматривал жену, размышляя над тем, чем завершилась эта ночь любви. Будет ли так всегда? То, что их магия сочеталась, герцог понял ещё в первую ночь.

Но сегодня было что-то иное. Эрик чувствовал себя иным существом. И Лиссандра не походила на обычную себя. Под золотым свечением на коже угадывалось оперение феникса.

Неужели феникс пробуждает стража Стоунберга?

Эрик ближе придвинул к себе Лиссандру. Хотя куда уж ближе. Но он не хотел выпускать её из своих рук. Как какую-то драгоценность. Внутри кто-то нашёптывал: «Моё!» И ревностно требовал никуда её не отпускать. И самому не уходить. Но это было невыполнимо.

Слишком многие и многое зависело от Хозяев Стоунберга.

Герцог зарылся носом в золотую макушку и прикрыл глаза, вспоминая окончание дня, предшествующего прекрасной ночи.

Вернувшаяся часть войска была быстро расквартирована в казарме. Семейные мужи осчастливили своим возвращением семьи. Слёзы радости и восторженные крики слышались не из одного открытого окошка или двери. Жители ликовали, встречая герцога Гренстона вместе с его супругой, миледи Лиссандрой Справедливой, во главе вернувшегося войска.

Целитель лорд Синистр отчитался перед милордом и миледи за каждого воина, проходившего лечение во временном лагере. Мужчины выглядели посвежевшими, отдохнувшими и довольными. Все поголовно были переодеты в недавно пошитые комплекты формы. Герцогу досталось много слов благодарности за провизию, поставляемую в лагерь, и за новую одежду. Хоть он и распорядился отправить несколько подвод провизии перед собственным отъездом с отрядом, всё остальное время этими вопросами занималась герцогиня.

О чём герцог и сообщил окружившим его воякам. Ему достаточно было лавров на поле брани.

— Благодарите миледи Лиссандру, — Эрик повернулся к супруге, ловя её смущённый взгляд. — Я сам только сегодня вернулся из похода. Мы зачистили последствия прорыва на дальних пастбищах. Мелкая стайная нечисть перевела половину отары на дальнем выгоне. Есть пострадавшие от её воздействия люди.

Воины притихли, переглядываясь между собой.