По воле короля (СИ)

Она точно знала кого выберет герцог в той ситуации, которая пронеслась перед ее внутренним взором. И ответ этот заставлял её упрямо вскидывать подбородок кверху. Расправлять плечи. Сжимать подрагивающие пальцы в кулаки. — Единый даст шанс всё исправить, если феникс возродится из пепла и освободит дракона. Оборотень станет истинным правителем, а в мире родится грифон у той, что не может иметь детей. Да уж, действительно сказка. Проще мне стать настоящей Хозяйкой феода Гренстонов.

— Ты права, — Ведана расслабилась и облокотилась на мягкую спинку диванчика.

— Нет никаких предпосылок к тому, что сказка станет былью. Давай ложиться спать. Мы с тобой проговорили всю ночь. Хочу хотя бы пару часов побыть в приятном молчании с тобой, а то Альгия молчать не умеет. Мне предстоит слушать её нытье долгие месяца.

Лиссандра рассмеялась и прикрылась тонким одеялом. К ней тут же из-под сидения юркнула тень. Ведана краем глаза заметила, как мелькнул пушистый коричневый хвост и быстро пропал. Второй белоснежный зверёк высунул мордочку из корзинки, недовольно пошевелил усами и быстро выскочил, шустро перебирая лапками забрался по стене повозки и скрылся в окне.

Только его и видели.

Ведана прикрыла глаза и мысленно проследила путь Снежки. Та шустро бежала между расставленными палатками, оббегала спящих на привязи лошадей, замирала в чернильных тенях от повозок, принюхиваясь и снова мчалась вперёд. Наконец—то она нашла того к кому бежала. Довольно запищала, проверила, что герцог крепко спит прямо у походного костра, привалившись к боку брата и отправилась на охоту за самой толстой мышью.

Ведьма злорадно улыбнулась и подсказала Снежке, что лучше словить крысу после того, как она словит и сама съест мышь.

Лиссандра уже спала, а ведьма нет. Она смотрела на лицо девушки и испытывала дикое сожаление от того, что не может пойти вместе с ней. Но так будет правильно. Герцогиня Гренстон должна сама пройти предназначенный ей путь, а не прикрываться возможностями тёти. Только так через боль и страдания.

Жестко и жестоко. Но то, что дается легко не ценится так, как то чего добиваешься сам потом и кровью.

Ночь ушла, уступая место пасмурному утру.

Ведана сбросила с себя сонное оцепенение и поднялась, потягиваясь. Ночной разговор с племянницей колыхался внутри тревожной струнной, которую дернули и не остановили.

Ведьма думала о словах Лиссандры. Та считает легенду сказкой, но сама Ведана думала об этой «сказке» с ужасом. Никогда она не была так близка к реальности.