Гордеев задумчиво провел ладонью по наголо сбритому затылку.
— Может, ребенок уже взрослый?
— Нет. Вряд ли ему больше пяти лет. Мы с ней знакомы. Пять лет назад ребенка точно не было.
— Сейчас же поеду. Что делать, если ребенок без присмотра?
— Забери и привези ко мне домой. Женщине надо оказать помощь.
Машину качнуло, и Катя открыла глаза. Взгляд остановился на его лице.
— Надо же… — горько усмехнулась она. — А обещал меня найти…
И снова закрыла глаза.
— Галлюцинации, — Андрей поймал взгляд Залесского в зеркале заднего вида и понимающе усмехнулся.
— Ее до утра вряд ли отпустит.
Влад угрюмо взглянул на нее. Нет, не галлюцинации. Обещал. Да только после взрыва в госпитале полгода провалялся со страшными ожогами. Зачем ее было потом тревожить? Через границу помог переехать, денег оставил. На войне, как на войне. Встретились, вспыхнула страсть, а на завтра планы строить нет никакого смысла — можно просто не выжить. Там, где стреляют и крутятся огромные деньги, всегда так.
После того покушения он замкнулся в себе и не искал ни с кем встреч.
Уродливые шрамы на груди и спине никуда не делись, да и старая травма от пули в плече тоже давала о себе знать. Катя — молодая, красивая, а ему уже тридцать пять стукнуло. Ей жить и жить еще. К чему ей жизнь портить?
Но судьба, видимо, решила над ними посмеяться, и снова ее ему подкинула. Теперь уже с ребенком. Почему-то Влад чувствовал странную тревогу за ее ребенка. И Катя, — пять лет не виделись, — а такое чувство, что и не расставались с ней никогда.
Такая же родная ему, как и в ту ночь в маленькой спальне без окна. Ребенок точно не от Козырева, у того своя гражданская жена Лера и сын. Значит… Нет, не может этого быть!
— Влад Арсеньевич! Ольга волнуется, вы на ее звонки не отвечаете. Спрашивает, что на ужин приготовить, — скользнув взглядом по экрану лежащего на панели мобильного, отчитался водитель.
Ольга… У себя дома после вчерашнего неудачного вечера в «Шике» его ждет Ольга.
— Передайте Оле, что сегодня у меня важные дела.
Пусть сходит куда-нибудь с подругами. Я на ужин не приеду. И вызовите врача. Надо как можно скорее привести в чувства нашу пленницу. Война с Артуром нам ни к чему.
Джип подъехал к роскошному двухэтажному особняку, обнесенному высоким железным забором. Открылись автоматические ворота, пропуская машину внутрь.
Засуетилась охрана, вызвали хирурга, который лично оперировал Залесского после покушения.
Катю уложили на постель в гостевой спальне.
