Я прислонилась спиной к двери и закрыла глаза. Как?! Как я могла прикипеть к мужчине, которого почти не знаю? Что это? Любовь? Интуиция? Странная химическая реакция тела на его присутствие? Почему, когда он рядом, я готова забыть обо всем?!
Мысли, мысли!.. они кружились тревожным роем и никак не давали покоя.
Греть обед после посещения пиццерии не было надобности. Я сделала чай, и позвала Владу на кухню.
Дочка принесла с собой подаренную куклу в пышном красном платье с блестками.
— Мам, эта кукла почти такая же, как Ариана! Смотри… Только волосы чуть темнее!
— Садись пить чай.
— Нет, ты посмотри! Они же похожи! А давай попробуем Ариане лицо починить?
— Неси ее сюда, — сдалась я.
— Поиграем в «чайную церемонию»? Новая кукла будет сестрой Арианы, которая приехала из далекого королевства, и они вместе сядут пить чай!
— Хорошо, поиграем.
Влада принесла обеих кукол, и я с усердием принялась выправлять Ариане вдавленное лицо.
— Нос все равно не исправить…
— Ну, ничего! Будем играть, как будто она попала в аварию.
Она будет некрасивой сестрой. А новая будет красивой! И прекрасный принц женится на красивой… Ой, мам! Кажется, нам нужен принц!
Не успела я ответить, что в этом месяце расходов на принца наш бюджет не потянет, а Влада уже тащила из комнаты сервиз для кукол с микроскопическим чайником, блюдцами и чашками.
— Можно я капну чай в кукольные чашки? Я осторожно, мам!
Она говорила, одновременно разливала чайной ложкой сладкий чай по столу, пытаясь попасть в игрушечные чашки, а я молча подтирала со стола липкие чайные лужицы.
Мне не верилось, что завтра мы с Залесским снова увидимся. В голове хороводом роились тревожные мысли.
«Есть ли у меня красивое платье? Я так хочу ему понравиться… Ведь все, что он видел — это бедную девочку Катю в потертом халате пять лет назад, и новую Катю пять лет спустя: заплаканную, бледную, в домашней футболке и джинсах, с окровавленной рукой… А я могу быть красивой! Могу, если постараюсь… Недаром же Артур на меня запал! Он бы не прилип, если бы я была некрасивой… Конечно, у меня нет такой роскошной фигуры, как у Оли, но… я должна ему понравиться!»
Меня захлестывало отчаяние.
В сердце полыхала надежда, одновременно грызла вина за то, что желаю мужчину, у которого есть другая женщина… Но чувства к отцу моей дочери было сильнее доводов разума.
