По высшему классу

За завтраком, исподтишка внимательно разглядывая Джиджи, Билли подивилась, как повзрослела девушка после окончания школы. Конечно, окончание — это, так сказать, веха, размышляла Билли, замечая новую, незнакомую ей еще живость в манерах Джиджи, счастливый блеск глаз и румянец на щеках, проступавший даже сквозь загар. Джиджи словно выросла за несколько последних недель, что было в принципе невозможно — какой-то обман зрения, но после возвращения из Мюнхена он постоянно преследовал Билли. В Джиджи появилась некая непривычная кокетливость, игривость, какой раньше у нее не замечалось, вкрадчивая мягкость движений — женственность, которой раньше у нее не было.

— Джиджи, — вдруг спросила Билли, и страшное подозрение внезапно шевельнулось в ее душе, — мне кажется или ты действительно ешь больше обычного?

— Может быть, — кивнула Джиджи. — Я, по-моему, вообще в последнее время только это и делаю. Уж на что я, ты знаешь, ленива, но поесть не забываю, поверь.

— Дорогая моя, нужно бы последить за этим! Тебе ни в коем случае нельзя толстеть — при твоей тонкой кости сразу дадут о себе знать даже несколько лишних килограммов.

Конечно, это твое дело, но поверь мне, если ты не занимаешься гимнастикой, а ешь в обычном режиме, все это накапливается, пока в один прекрасный день… — Билли поежилась, ужаснувшись одной лишь мысли о возможности когда-нибудь увидеть Джиджи располневшей. — Сейчас ты выглядишь просто восхитительно, моя милая, но созреть и перезреть — это, знаешь ли, разные вещи, а грань между ними тонкая — так вот обещай мне, что никогда ее не переступишь.

— Обещаю, Билли, клянусь тебе, с сегодняшнего дня буду считать калории. И если ты не поедешь сегодня в «Магазин Грез», я тебя точно обыграю в теннис — исключительно чтобы показать, что и я в нем кое-чего стою.

— Заметано, — немедленно согласилась Билли.

Если она и боялась чего-то в отношении Джиджи — так это что она в первый же год поправится, как большинство первокурсниц.

Она когда и приехала из Нью-Йорка, не была миниатюрной, карманной или крохотной — или какие там еще есть утешительные прозвища для тех, кто не вышел ростом, — подумала Билли с обычной беспристрастностью, которой неизменно придерживалась в подобных оценках. А теперь Джиджи подросла достаточно, вполне достаточно для того, чтобы выглядеть безупречно — в той неброской, изящной манере, которая ей была свойственна.