По зову сердца

Просто круль злится на имперо, что тот недавно заставил его выполнять самую грязную работу в отместку за испорченный договор.

Мерок успокоился, усмехнулся тому, что молодёжь заставила его засомневаться в прописных истинах. Съезд крулей это праздник, нарядные женщины, угощения, танцы. В дни молодости многие приезжали семьями, чтобы подыскать подросшим детям женихов, невест.

Селвин посмотрел на Мерока и с досадой отвернулся.

Всё как всегда.

Ропак Мерок один из многочисленных представителей целого пласта ропаков, которые честно трудятся, решают знакомые им проблемы, но если появляется что-то новое, особенно неприятное новое, то все они старательно делают вид, что ничего нет.

Талдычишь им, что во многих семьях из-за однообразного питания дети хиреют, что женщины слабеют, что нужно организовать помощь.

Нет, ничего подобного они не замечают. Приходится самому вкладываться.

Настаиваешь, что рабочие слишком много сил тратят на дорогу из пещеры домой, что необходимо адамасовое помещение им там.

«Подумаешь», получаешь в ответ, «всегда бегали и теперь молодёжь не развалится».

Пришлось разобрать дом своих родственников и снабдить принадлежащие городу пещеры отделанным адамасом комнатами. Производительность труда повысилась, излишки грибов обменяли на нужные продукты у соседей. Смогли собрать, снабдить необходимым  собственную команду охотников и отправить её на побережье в сезон таяния льда и получили приличный запас рыбы.

А ведь казалось, что сплошное расточительство посылать в такую даль своих добытчиков, но ничего, теперь каждый год так делают."

"Сколько подобных мелких обид накопилось против упёртых ропаков, не сосчитать.

Как можно чувствовать себя уверенным перед имперо, когда отстаиваешь права своего города, если за спиной нет абсолютной поддержки!

Селвин смотрел на Мерока, видел, что тому неуютно во дворце, но он не желает замечать неугодного очевидного, его жизнь не предполагает сюрпризов, в ней только то, что ему знакомо!

Селвин упал на пол и принялся отжиматься.

Снова в нём кипит раздражение. Если бы не другие жители его города, которые поверили в него, если бы не поддержавшая его родня, молча отдавшая свой дом ради общего дела, то давно бы бросил всё.

Круль повернулся на спину, положил руку на сердце. Болит. Всё время сжимается, от тревоги за Нину.

С первого взгляда он подарил ей себя, не спрашивая нужен ли.