По зову совести

- Не будь твоих игрушек, нас бы уже доедали. Жаль только, трофеев с них не поднимем.

- А что, есть что-то ценное? - спросил Рэм, в свою очередь меняя магазин, полсотни патронов извел, а результат посредственный.

- Шкура, - ответила Грая, поразив Штопора ответом.

- Нахрена? - опешил он.

- В ней содержаться в небольших количествах вещества, использующиеся для изготовления хорошей крепкой самовосстанавливающейся брони. Одна шкура с этой твари стоит тысячу социков. А в трущобах на это можно жить неделю.

- А что, наниты уже не устраивают?

- Наниты для тех, кто может себе это позволить, - пояснила девушка. - А в трущобах чаще всего кустарная самодельная броня используется. Тоже самое касается глаз твари, как я сказала, они видят во всех диапазонах, кустари используют их для вставки в визоры. Мой, кстати, с таким, глаз стоит почти шесть сотен. А мины нас их лишили, ни одного не вижу, только фарш.

- М-да, я смотрю, у вас тут прям полноценная РПГ стала, - прокомментировал подобное Рэм.

- Да где ж остальные?

- Сомневаюсь, что придут, - покачала головой Грая. - Они будут ждать нас снаружи, там, где у них будет преимущество. Вообще неясно, с чего они полезли сюда.

- Ну и хорошо, - обрадовался Булавин. - Тогда у нас есть время добыть себе кусок хлеба.

Он направился к несработавшей мине и, оторвав ее от стены, нашел ей новое место метрах в двадцати от бойни, что они устроили совместно с Граей.

- Ты что задумал? - озадачилась девушка.

- Ничего особенного, сниму уцелевшие шкуры, посмотрю, может, глаза уцелели.

- Ты в конец обнаглел? Сматываться нужно, - возмутилась синта.

- Грая, нам нужны ресурсы. Снимем то, что уцелело. Ты давай двигай на новую позицию, прямо за миной, а я займусь свежеванием, двадцать минут на все про все. Заодно озадачим противников.

- Угу, - легко согласился Штопор. - Все, давай, ты права время дорого.

Он склонился над тушкой, которая лежала ближе всех, и обнаружил, что разорванный бок все еще вздымается, тварь дышала и пыталась жить.

В планы Булавина это не входило. Нож с плазменной кромкой легко вошел в череп. Если лобовая кость была толстой и крепкой, то затылочная подалась довольно легко. Тварь дернула лапой и, оставив по полу борозду, издохла окончательно. Перевернув ее, Рэм обнаружил примерно пол квадратных метра неповрежденной шкуры, а еще уцелел левый глаз.

Ну что ж, начнем? Сооружая из веревки самодельный подвес, на том, что раньше было светильником.