По зову совести

Распахнув дверь, он осмотрелся, стараясь разглядеть собравшихся в тусклом свете единственной лампы. Заметив Арану, поманил ее пальцем.

- Ох, и влетит сейчас кому-то, - весело заявил кто-то из бойцов.

Бойцы заржали. Арана встала и, ухватив свою винтовку и рюкзак, пошла к выходу под суровым взглядом отца, она не знала, кто ее сдал, поэтому зло смотрела на всех. Когда папа с дочерью исчезли, все вернулись к прежнему ничего не деланию в ожидании.

- Ты ее сдал? - мысленно поинтересовалась девушка.

- Я, - легко признал Рэм.

- Нисколько. Хорошо, что сейчас нашли. Вылезла бы в неподходящий момент и поймала бы пулю, у нее броня совсем легкая.

- Получше твоего устаревшего «призрака», но ты все правильно сделал. Только вот боюсь, она подумает на меня.

- С чего ты решила? - озадачился Рэм.

- Ей надо кого-то обвинять, - развела руками синта. - Мужчине, который ей нравится и которому она очень хочет понравиться, она точно не будет выставлять претензий.

- Нет, конечно, про бомжа из трущоб Арана, третья улица, живет в пластиковой коробке возле утилизаторов.

- Блин, - тяжело вздохнул Булавин. - Ну, за что мне это все? Опять на те же грабли с разбегу. Мало мне было Шарго, теперь вот дочка Трэга…

Рэм улыбнулся и принялся объяснять смысл выражения. Грая рассмеялась вслух. В ту же секунду на нее посмотрели все двенадцать бойцов, сидящих кузове. Не получив продолжения, они вернулись к своим делам.

- Не бери в голову, у девчонки это скоро пройдет, если ты, конечно, не думаешь ее походя трахнуть. Мы скоро уйдем, нам в Аран нужно. У каждой девочки должен, наверное, быть свой Рэм Булавин…

- А ты и есть мой, - усмехнулась Грая. - Ты был у меня первым, мне было всего два года. Как тебе такое, растлитель малолетних андроидов?

- Вот только лечить не нужно, - возмутился Штопор. - Я отлично помню ту ночь, ты вела себя как уверенная, опытная женщина. Так что, думаю, ты прибедняешься.

- Просто в меня это заложено, - отмахнулась синта.

Они несколько минут молчали.

- Да, не парься ты, я же знаю, что ты ко мне не чувствуешь физического влечения, я для тебя друг и союзник.

Рэм виновато развел руками.

- Кстати, может, объяснишь почему? Ведь сто лет назад я чувствовала, твою страсть, твой огонь! Что изменилось?

Рэм снова развел руками.

- Ты хороший, надежный товарищ, но я не чувствую к тебе ни влечения, ни любви.