Победить Викторию

— Верно, — терпеливо поясняет папа, — но надо подготовиться к следующей комнате. Они гонят сроки, дочка раньше на две недели должна приехать. Не переживай, — он ловит мой подозрительный взгляд. — Все законно. Это первое. И второе: 31 декабря, я уже сказал, работать не буду. Совсем чуть-чуть осталось, Вик.

Я почти не вижу его с тех пор, как он перебрался в Москву. Я счастлива примерно так же, как и удивлена тем, что он смог быстро найти работу. Понятно, что по знакомству, но вряд ли бы ему дали новый проект, не будь заказчики довольны первым.

Мама бы ни за что не поверила. Хотя он наверняка уже все успел ей рассказать. Никогда у него не было от нее секретов.

Он убегает из дома через пятнадцать минут, успевая бросить на ходу, что еще обязательно спросит про елку. Правда, не представляю, что тут еще говорить. Вчера все ему объяснила, а он молчал и хмурился. Ну хоть не предложил ее выкинуть. Только спросил, сколько я теперь должна Морозову. Сумма ему тоже не понравилась.

В одиннадцать в гости заглядывает Руслан.

Снова с пирогом. И снова с застенчивой улыбкой.

— Как дела? — Он уже ставит греться чайник и, не дожидаясь моего ответа, продолжает: — Видел вчера твоего парня с елкой. Все серьезно, да?

Я даже растерялась. Чего серьезно? Морозов? Серьезно?! И… да мне даже папа такие вопросы не задает. А тут…

— Извини, можешь не отвечать, если не хочешь. — Однозначно, не хочу! — Просто ты мне нравишься, Вик. Сразу понравилась. Тогда еще, в магазине, помнишь? Я еду не мог выбрать. Я знать хочу — у меня шанс есть?

Он говорит спокойно, совершенно не стесняясь, так говорят взрослые люди, которые четко понимают, чего хотят.

И никакого кокетства или лживых комплементов, чтобы понравиться. Да — да, нет — нет.

Руслан замолчал, а я не знаю, что сказать. Обсуждать с ним Морозова? Исключено. Обещать ему что-то? Тем более нет. Он мне нравится, приятный парень, если бы не эти странные перепады настроения.

— Тебе сахар класть? — Вопрос настолько будничный, обыденный, он никак не вяжется с тем, что Руслан сказал раньше.

Может, я его не так поняла? — Вик, я не предлагаю прямо сейчас, не тащу тебя в койку. Просто подумай… Мы могли бы попробовать.

Он ставит передо мной кружку с чаем, а сам разрезает пирог. Бойся своих желаний, Вика. Хотела парня завести — и вот, пожалуйста!

— Я… я подумаю, — наконец выдавливаю из себя ничего не значащую фразу. Сейчас я точно не готова об этом даже думать.

— Спасибо! Это пирог с рыбой. У тебя, надеюсь, нет аллергии?

— Нет, все нормально.