Победитель остается один

 – Я увидел много талантливого и интересного, но давайте дождемся окончания фестиваля.

На самом деле он не видел ровным счетом ничего. И чуть позже справится у Джибсона, какая картина станет хитом сезона.

Белокурая нарядная девушка вежливо просит репортера отойти. Затем осведомляется, будут ли уважаемые гости на коктейле, устраиваемом правительством Бельгии после дефиле: присутствующий здесь министр желал бы поговорить с ними. Хамид после секундного раздумья – Бельгия не жалеет денег на то, чтобы работы ее модельеров получили международный резонанс и хоть отчасти вернули стране былое великолепие, утраченное вместе с африканскими колониями, – отвечает утвердительно:

– Что ж, можно будет выпить по бокалу шампанского…

– Мне кажется, сразу после показа нас будет ждать Джибсон, – перебивает его Ева.

Хамид говорит, что и в самом деле забыл о назначенной встрече, но непременно свяжется с министром потом.

Фотографы, обнаружив их, принимаются щелкать затворами своих камер. Пока они – единственные, кем интересуется пресса.

Через какое-то время появляются несколько манекенщиц, в прошлом вызывавших фурор: они позируют и улыбаются, раздают автографы скверно одетым зрителям из партера, делают все возможное, чтобы их заметили, чтобы их лица снова появились на страницах газет и глянцевых журналов. Фотографы поворачиваются к ним, зная, что просто исполняют свои обязанности, и для того, чтобы порадовать издателей – ни один снимок не будет напечатан. Мода – продукт скоропортящийся: моделей, блиставших три года назад (речь, разумеется, не идет о сумевших задержаться на глянцевых страницах благодаря скандалам, тщательно подготовленным и срежиссированным агентами, либо и в самом деле выделиться из общей массы), помнят лишь те, кому вечно предназначено толпиться за барьерами ограждения, да пожилые домохозяйки, не поспевающие за стремительностью перемен.

И старые идолы превосходно об этом осведомлены (под «старыми» следует понимать моделей, уже достигших рокового рубежа двадцатипятилетия) и появляются здесь не только потому, что мечтают вернуться на подиум – им очень хотелось бы получить роль или приглашение вести какую-нибудь программу кабельного ТВ.

Кто же участвует в показе, кроме Жасмин, исключительно ради которой он, Хамид Хусейн, и находится здесь?

Хамид знает, какая мысль сидит в голове у девушек этой категории: «Я сумею победить. Я покажу всем, на что способна. Я стану лучшей топ-моделью мира, пусть ради этого придется переспать с любым стариканом».