Победитель остается один

Стало быть, у нас уже есть клиентура, мы будем чтить наши традиции и сохраним контроль за сырьем.

Хамид Хусейн вернулся в Париж, зная, что душа его отца переселилась в рай и что память о нем сохранится в краю, который он так любил. Юноша продолжал работать как проклятый, создавая эскизы костюмов, где использовал мотивы бедуинских одеяний. Если французская фирма, известная своим безупречным вкусом и дерзкой смелостью решений, заинтересуется тем, что производят в его стране, известие об этом очень скоро достигнет столицы моды, и спрос будет велик.

Следовало лишь запастись терпением. Но судя по всему, новость распространилась с немыслимой скоростью.

Однажды утром его вызвал директор. Хамид впервые попал в святая святых фирмы и был поражен царившим в кабинете беспорядком – газеты по всем углам, кипы бумаг, громоздящиеся на старинном столе, по стенам – обложки журналов в рамках и бесчисленные фотографии хозяина с различными знаменитостями, образцы тканей и стакан, заполненный белыми перьями всех размеров.

– Ты достиг больших успехов. Я заглянул в твои рисунки, благо ты их оставляешь у всех на виду. С этим, между прочим, надо быть поосторожней – вдруг кто-нибудь завтра уволится и вместе с удачными идеями окажется у наших конкурентов.

Хамиду было неприятно, что за ним шпионят. Однако он сдержался, между тем директор продолжил:

– Почему я говорю, что ты молодец? Потому что ты приехал из страны, где люди одеваются иначе, нежели у нас, и уже начал соображать, как применить эту манеру для Запада.

Есть лишь одна сложность: такой материи здесь не найти. У рисунка ткани – религиозные мотивы; одежда, хоть и призвана всего лишь и прежде всего прикрывать плоть, отражает многое из того, что хочет высказать дух.

Он подошел к сваленным в углу журналам, купленным, вероятно, у букинистов, которые еще со времен Наполеона раскладывают свой товар на набережной Сены, и безошибочно вытянул из кучи один – старый «Paris Match» с фотографией Кристиана Диора на обложке:

– Что сделало его легендарным? Он сумел понять природу человека.

Из многих его революционных открытий одно следует отметить особо: сразу после Второй мировой войны, когда людям в Европе практически нечего было носить, ибо катастрофически не хватало тканей, он разрабатывал модели, требующие огромного количества материи. И таким образом показывал не только элегантно одетую красавицу, но и вселял надежду, что все будет как прежде, все станет как было – в избытке и изобилии.