Победителей не судят

Так вот, джентльмены – мы с вами для самураев люди, и даже, более того, западные варвары, и обратное еще надо доказать, сломав Японской империи шею в ходе длительной изнурительной войны, а потом еще пару месяцев бомбить их города с применением самых варварских методов, убивая при этом миллионы людей. И самое главное – когда все уже будет подходить к концу, сбросить на их города две бомбы сверхъестественной силы… Только так мы можем доказать японцам свое бого– или, скорее, дьяволоподобие, чем вынудить их капитулировать.

– Но сделать этого без нападения на нас самих японцев нам не даст Конгресс, – кивнул адмирал Лехи, – поэтому мы навсегда останемся для японцев просто лопоухими западными варварами, к словам которых можно не очень-то и прислушиваться.

– Примерно так, мистер Лехи, примерно так, – сказал президент Рузвельт. – А вот мистер Путин изначально обладает неким ореолом сверхъестественности, плюс его действия в Европе, плюс несколько грамотно нанесенных ударов.

Исходя из той же восточной философии, Япония, не теряя лица, может капитулировать лично перед мистером Путиным, особенно если условия этой капитуляции не будут для них позорны или унизительны. Капитулировал же перед русскими из будущего вот такой же почетной капитуляцией африканский корпус Роммеля, подав пример прочим; так почему бы самураям не последовать его примеру?

Президент поправил как бы душащий его галстук и продолжил:

– А вот теперь представьте, джентльмены, такую картину – Британия на Тихом океане разгромлена, японские войска ворвались в Индию и Австралию, и в этот момент дядя Джо вспоминает о своем ультиматуме и приказывает своей армии перейти границу Маньчжурии.

Две-три недели боев меж сопок Маньчжурии, несколько грамотных массированных налетов авиации или даже парочка А-ударов – и Японская империя капитулирует, передавая окончательному победителю все завоеванные Тихоокеанские территории. А мы в это время, джентльмены, находимся вне игры, потому что Конгресс, полный изоляционистов, ни за что не даст нам разрешения на участие в этой войне, без которой у нас нет будущего. Подумайте об этом, джентльмены, и как только хоть что-нибудь придумаете, немедленно доложите мне об этом…

Подходил к концу короткий зимний день, на западе догорал багровый закат, подсвечивая розовым тяжелые снеговые облака.