Победителей не судят

Из-за плохой видимости луч лазера рассеивался, и чтобы поразить цели, польским самолетам американского производства (а только они могли нести такие бомбы) приходилось снижаться до предельно малых высот и подлетать к атакуемым объектам почти вплотную. В результате этого четыре самолета типа F-16 сбили наши зенитчики, которые перед началом действий в XXI веке были усилены интегрированной в общую систему ПВО России и Белоруссии тактической системой войсковой ПВО «Барнаул-Т». На них работали российские специалисты.

Польский самолет только взлетал со своего аэродрома, а наши зенитчики уже об этом знали и готовили ему теплую встречу. Три самолета противника были сбиты переносными зенитными ракетами типа «Верба», а еще один располосован «Шилкой».

На второй день войны передовые части польской армии наконец прошли через оставленную нами в качестве буфера Галицию и вступили в боестолкновение с частями моей армии. При этом мы не старались удержать за собой какую-то территорию или населенные пункты.

Зачем? Задача, поставленная мною командирам механизированных корпусов генералам Рыбалко и Лелюшенко, была проста как мычание. Все неважно, кроме одного – не попадать под прямой удар и не стоять нерушимой стеной. Надо маневрировать и уклоняться, при этом наносить вторгнувшейся польской армии максимальные потери. Главное – сжечь их танки, БМП и самоходные орудия, истребить солдат и офицеров. Для этого в составе механизированных корпусов имелось все необходимое. Пусть польская армия дойдет хоть до окраин Киева – но при этом она истает, как кусок мороженого под жарким летним солнцем.

Так и вышло. В приграничных районах закрутилась смертельная мясорубка, тем более что с самого утра установилась нелетная погода. Россияне подвезли и подключили свои комплексы радиоэлектронной борьбы, в результате чего польская авиация ослепла и оглохла, а армейские части стали терять управление из-за отсутствия радиосвязи. В этот момент польскому правительству стоило бы уволить министра обороны, оттянуть войска за линию границы и извиниться, свалив все на скорбного головой Мацеревича и обвинив его в превышении полномочий.

Однако вместо того польский министр иностранных дел Витольд Ващиковский обратился к правительствам других буржуазных стран и руководству Североатлантического военного союза и объединенной Европы с просьбой о военной помощи «в связи с агрессией Российской Федерации».