Победителей не судят

И вот ведь что характерно – многие мои знакомые, воевавшие в Гражданскую у Корнилова, Дроздовского, Маркова и Деникина, отнеслись бы к этим политическим клоунам с такой же ненавистью и презрением, с какими к ним относятся большевики нашего времени. Скомандовали бы: «Коротким коли!» – и штык в брюхо.

Не дожидаясь конца этого мероприятия, мы с Леонидом собрались и, поблагодарив хозяев за гостеприимство, удалились прочь. Хотелось уйти от этого места подальше, найти какой-нибудь парк, в котором в тишине и покое (если это вообще возможно в нынешней Москве) побродить среди деревьев и привести свои мысли в порядок.

Бывают в жизни моменты после которых не хочется жить. Тогда надо сцепить зубы и убеждать себя в том, что все лучшее еще впереди. Так со мной было, когда пала Республика и Франко торжествовал, когда фашисты радовались, а народ горевал. Но нам сказали, что надо еще на свете пожить, чтобы великие подвиги успеть при жизни свершить.

Действительно, когда два с половиной года назад пала Республика и все мы, борцы за свободу испанского народа, оказались изгнанниками – тогда нам казалось, что уже незачем жить и Франко навсегда воцарился в Мадриде, придавив Испанию железной пятой военной диктатуры.

Причиной всему был ужасный хаос, вызванный тем, что правительство Испанской республики не управлялось одной партией, как это было в СССР, а состояло из множества соперничающих фракций. Прекраснодушные мечтательные либералы (русские называют их Маниловыми) и твердолобые упертые троцкисты (этих в СССР вообще сразу расстреливают). Коммунисты, ориентирующиеся на СССР, и анархо-синдикалисты, которые тоже были прекраснодушными мечтателями, но только другого толка, мечтавшими о создании общества без государства.

Из-за этой разноголосой какофонии, царящей в революционном движении, Испанскую республику самого начала ее существования охватил управленческий хаос. То, что должно быть сделано, не делалось, или, если делалось, то только по принуждению. А то, что не надо было ни в коем случае делать, делалось с особым, чисто испанским, шиком и помпой.

Это надо же было додуматься – в стране с истово верующим крестьянством взрывать церкви и убивать священников! Вот уж, наверное, Франко благодарил троцкистов и анархистов за то, что в его армию массово пошли крестьяне. И это надо ж было такое придумать, чтобы на испанских заводах всем платили одинаковую зарплату в восемнадцать песо! Одни и те же деньги и инженерам, и слесарям, и подсобным рабочим.