— Я встречалась с Фаррелом в Англии. Мы с ним были обручены, а сейчас он приехал в Америку, чтобы найти меня.
Тревис долго хранил молчание.
— Ты рассказывала мне, что когда-то была влюблена. Это в него, в Фаррела?
Она удивилась тому, как хорошо он это запомнил.
— Видимо, да. Я была одинока, а он какое-то время был ко мне внимателен, и мне показалось, что я в него влюблена. Но это было так давно, к тому же тогда я была совсем другой.
— А как ты сейчас к нему относишься?
Она заходила по комнате.
— Не знаю, как я сейчас вообще к чему-либо отношусь.
Долгие годы я всего боялась, а потом неожиданно осталась совсем одна, и мне нужно было либо выплыть, либо утонуть. За последние четыре года я только тем и занималась, что сводила доходы с расходами, покупала и продавала собственность. Мужчинам не было места в моей жизни. А теперь внезапно появился Фаррел и напомнил мне о той девочке, лишенной любви, которой я была когда-то, потом — ты. И, как в былые дни, я умираю от желания прильнуть к тебе и одновременно страшусь, что опять стану тем плаксивым ребенком, что раньше.
Неужели ты не понимаешь, Тревис? Я не могу вернуться на твою плантацию и подчиниться тебе. Я могу оставаться самой собой только вдали от тебя.
Несмотря на свои благие намерения, она заплакала.
— Будь ты проклят! — воскликнула она. — Ну зачем тебе понадобилось вернуться и так меня расстроить? Уходи, Тревис Стэнфорд. Уходи и никогда, повторяю, никогда даже не приближайся ко мне.
Выпалив эти слова, она выбежала из комнаты.
Откинувшись на спинку кровати, Тревис улыбнулся. Когда они впервые встретились, он разглядел в ней только намек на то, какой она может быть, но не знал, как ей помочь стать настоящей женщиной. Возможно, Риган права, с плантацией управляться было трудно. Когда он узнал, как слуги обходились с ней, Тревис с трудом сдержал себя, чтобы не придушить их. Однако он понимал, что Риган должна сама обрести уверенность в себе.
Закрыв глаза, он продолжал думать о ней и с удивлением отметил, как Риган переменилась — стала уверенной в себе, деловитой.
Ее мечты стали реальностью, они действуют. Она начала на крохотном участке земли, чуть шире дороги, и выстроила процветающий город. Сумела вырастить умную и серьезную дочь. Нечего и думать, что Дженнифер сможет когда-либо спрятаться в своей комнате и плакать.
Громко рассмеявшись от переполнявшего его счастья, Тревис отбросил одеяло и начал одеваться; во всяком случае, его брюки и сапоги были целы.
