Побег из Альтарьера (СИ)

Вплела свою магию в стремлении сделать сумку вместительной и при этом лёгкой, и не поверила своим глазам, когда пространство внутри словно расширилось, повинуясь моему желанию. В итоге уместилось всё, что мне было нужно в дорогу, а сумка так и оставалась совсем небольшой и не очень тяжёлой.

Сегодня был день, когда дежурил Карим, и нужно было успеть отнести Рее бумагу и карандаш. Я хотела показать ей результаты своих трудов, но колебалась — стоит ли тащить всё это к ней? Решила, что стоит. Она могла подсказать что-то новое, а без её слов и советов у меня бы ничего не получилось, не хватило бы веры в свои силы.

В отличие от нас с Аливией, Рея обучалась магии и получила хорошее образование.

Я была благодарна черноволосой гордячке, благодарна настолько, что её освобождение впервые поставила на одну доску со свободой мамы и сестры. Нужно сказать спасибо Рее и за информацию о ларде Эрике Кравере, и за веру в меня, и за обещанную помощь. Заклятие незаметности мне сильно пригодится при побеге.

Маму и сестру не стала ставить в известность: не хотела, чтобы Синвер долго мучил их допросами.

Опекун отстанет, только если поймёт, что они ничего не знают. Неведение станет их защитой и, несмотря на то, что мне бы очень пригодились мамины подсказки, в последние дни я старалась держаться от них с сестрой подальше.

В дверь постучали, и я вздрогнула от неожиданности.

— Секунду! — я стремительно запихнула в сумку всё, что могло хоть отдалённо намекнуть на мои планы, открыла дверь и увидела сестру, сосредоточенную и серьёзную.

— Что случилось, Аливия?

— Я принесла кое-что, — она вошла и положила на кровать маленький свёрток, — Вот эти леденцы придают сил. Можно не спать несколько суток. Но потом будет откат, будешь валиться с ног целый день. Это от простуды и кашля, вот это от отравления. Вот тут деньги. Три золотых и немного мелочи, это всё, что есть у нас с мамой. Помнишь, я немного заработала с помощью госпожи Давье прошлым летом, а этой зимой она продавала сделанные мною снадобья? Это всё, что удалось отложить.

Аливия вскинула на меня взгляд, и от слишком серьёзных глаз на её юном лице мне стало не по себе. Сердце сжалось от тоски, и я тихо обняла сестру.

— Я ничего тебе не скажу.

— Знаю. Удачи. Я тебя люблю.

Она ещё немного постояла рядом, затем тихо вышла за дверь, бросив на меня прощальный взгляд. Аливия уходила так, словно мы виделись в последний раз. Так хотелось сказать, что вернусь, что люблю и никогда её не брошу, но я не могла.