Побег

В Москве было два таких места, вернее, после пожара в «Славянском базаре» одно – ресторан «Арагви», с которым у Шрама было связано множество приятных воспоминаний его беспутной юности.

– Пускай в «Арагви» привалят – к восьми.

– Погоди, Шрам, – запнулся Жора. – Но Юй-Цун сам назначил встречу. Так нельзя…

– А ты, Жорик, сделай так, чтобы можно! – отрезал Шрам, поглядывая на оседающую пивную пену в своем бокале. – Скажи, мол, у меня в «Арагви» в полседьмого еще одна встреча, я не успею к нему на Павелецкую. Скажи, я угощаю.

Скажи, я ему гарантирую безопасность грузинской кухни… – Шрам расплылся в довольной улыбке.

Отключившись от Жоры, Шрам залпом выпил бокал пива и, глянув на «Ролекс», кивнул Батону. Тот подошел и наклонился к шефу."

"– Батон, ты это… поди в номер, прихвати десять штук. Сегодня вечером, может быть, подарок надо будет подарить. Уже четыре, начало пятого. В шесть рванем. В «Арагви». Ты один поедешь. Ребята в гостинице побудут, из номера пускай по одному выходят. Тут горничные, суки, воруют почем зря.

Если наш чемоданчик с баксами спи…ят, я пацанам бошки пооткручиваю.

– Так, может, с собой возьмем? – рискнул проявить инициативу обычно бессловесный Батон.

– Ага, чтобы китайцы их спи…ли! – расхохотался Шрам. – Помнишь, как говаривал группенфюрер Мюллер: верить нельзя никому. Только мне!

* * *Сержант выпил бокал цинандали и выглянул за балконные перила вниз. Сердце екнуло от долгожданного и неожиданного зрелища: в зал вошел Шрам в сопровождении двух ребят – один из них был его телохранитель – и какого-то престарелого китайца.

Незримый наблюдатель внимательно следил за тем, куда направится группа вошедших.

…Он вспомнил, как пять лет назад сидел примерно в такой же засаде в брюссельском ресторане. Ему надо было убрать синьора Берлускони, главу одной из сицилийских «семей», который пытался влезть в бизнес с «Кремлевской» водкой и оттеснить русских производителей. Сержант получил заказ на отстрел. Он сидел в бельэтаже ресторана и выжидал удобный момент.

У самого сердца во внутреннем кармане пиджака лежал румынский пистолет с глушителем и лазерно-оптическим прицелом. Берлускони сидел за большим столом в окружении трех телохранителей. Стрелять в зале было невозможно, и Сержант решил дождаться, пока Берлускони выйдет в сортир. Он сидел часа два. Наконец его клиент поднялся со стула и незаметно кивнул своим двум амбалам. Сержант спокойно спустился вниз и медленно пошел по коридору к мужскому туалету.