Побег

– Одно другому не мешает, – недовольно проворчал Варяг.

ГЛАВА 53

Шейх запсиховал. Ему сразу не понравилась вся эта история с зеленоглазой грудастой девкой, а уж когда босс вызвал его по рации внутренней связи, приказав выпустить ее из апартаментов, он заподозрил неладное. Приказ он выполнил и еще некоторое время подождал, надеясь, что Шрам сам выйдет. Но когда тот не появился через полчаса, Шейх, рискуя получить взбучку, тихо постучал в дверь. Вместо гневного окрика босса ответом ему была тишина. Шейх резко распахнул дверь и, окинув спальню быстрым взглядом, понял, что недооценил серьезность ситуации: Шрам исчез, испарился…

Шейх забежал в ванную.

Окно было настежь распахнуто. Он подошел поближе и выглянул вниз. Шестой этаж. Не вылетел же Шрам из окна… И тут его взгляд упал на пожарную лестницу. В душе зародилось подозрение. Он впился взглядом во внутренний двор. Там, где должны были неотлучно находиться двое охранников, никого не было. Куда эти-то идиоты запропастились?

Шейх, прихватив с собой двоих мордоворотов, охранявших коридор в апартаменты, кинулся во двор.

После недолгих поисков они обнаружили два трупа в кустах.

Ситуация начала проясняться. Шрама похитили?

Свою службу у Шрама Шейх начал три года назад, практически сразу после выхода из заключения. Поначалу в зоне ему пришлось трудно: его едва не опустили, узнав, что он угодил за «пушной разбой». Позорная статья усугублялась и тем, что два года Шейх прослужил в милиции. Хотя, если разобраться, работу в органах трудно было назвать службой – он, как специалист по стрельбе, мотался с одних соревнований на другие, честно зарабатывая баллы для своего управления.

"

"В зоне подобные вещи не учитывались: легавый – он и есть легавый. Шейх уже было поставил на себе крест, но неожиданно в его судьбу вмешалось чье-то могущественное покровительство, которое уберегло его от всех этих неприятностей.

Лагерный пахан вызвал к себе Шейха и, коротко поговорив с ним и выяснив, где и как тот два года носил ментовскую форму, предложил ему стать смотрящим в бараках у «экономистов», осужденных за различные преступления по экономическим статьям.

Шейх, не долго думая, согласился, не переставая ломать голову над тем, кому же он обязан такой прухой.

Имя своего благодетеля он узнал, когда вышел на волю и вернулся в Питер. Это был Шрам. Без долгих предисловий он сообщил Шейху, что наступило время отрабатывать схаванный на дармовщину хлебушек, и предложил место в своей бригаде.