Поцелуй ангела

В то же время он не мог не восхищаться тем, что вопреки всему Дейзи еще способна держаться на ногах. Он вспомнил, как она бросилась на него с лопатой навоза наперевес, — он прекрасно понимал, какого напряжения сил это требовало. Сегодня она его поразила. К несчастью, этот маленький бунт — просто оттяжка неизбежного конца."

"Почему она не сдается? Алекс не понимал, откуда у Дейзи берутся силы, где тот тайный источник, откуда она их черпает, но твердо знал, что сопротивление не продлится долго, и поэтому решил не мучить девушку.

Он сумел подавить в себе жалость, которая побуждала его уступить просьбе Дейзи, зная, что это будет жестокость, а не доброта. Чем жестче с ней сейчас обращаться, тем скорее она осознает правду, Алекс укрепил свою решимость тем, что вспомнил — перед ним воровка, а этого невзирая на все обстоятельства он не мог простить.

— Первое представление в шесть. Ты будешь выступать со слонами.

— Но…

Алекс заметил царапину на тыльной стороне ладони Дейзи и, схватив ее за руку, осмотрел ранку.

— Тебе давно делали прививку от столбняка? — поинтересовался он.

Она тупо уставилась на мужа.

— Укол от столбняка, чтобы избежать инфекции, — повторил он чуть ли не по слогам.

Дейзи заморгала с таким несчастным видом, что Алексу вдруг захотелось взять ее на руки и отнести в трейлер. Но ему была противна даже мысль о том, чтобы взять в руки и ощутить тепло ее мягкого, податливого тела. Если бы она не украла деньги, то прошлую ночь провела бы в его постели, но что произошло, то произошло.

Алекс был в такой ярости, что не решился дотронуться до Дейзи. Не хотел.

— Так когда тебе делали противостолбнячный укол? — резко спросил он еще раз.

Дейзи посмотрела на глубокую царапину.

— В прошлом году. Я порезалась, когда каталась на яхте Биффи Броугенхауза.

Бог ты мой! Как он мог жениться на женщине, которая знакома с типом по фамилии Броугенхауз? Черт бы ее подрал!

— Смажь ее каким-нибудь антисептиком! — рявкнул Алекс. — И постарайся вовремя подготовиться к представлению, иначе тебе придется еще и конюшню вычистить.

Еще больше помрачнев, Алекс отправился по своим делам.

Он всегда гордился своей честностью, но эта маленькая женщина заставила его почувствовать себя неотесанным чурбаном. Его неприязнь к Дейзи возросла.

Дейзи на удивление легко перенесла представление — скорее всего благодаря какому-то оцепенению от утомления — она нисколько не переживала, что пришлось щеголять перед публикой в бесстыдном красном костюме.