— Она что, является вам? С чего вы решили…
Зурбаг оглянулся на меня и тихо, но очень чётко произнёс:
— Она явилась Гэрхолу во сне. А мы его словам верим. Довольно этого с тебя, большая ящерица?
Я помедлил, прежде чем хмуро кивнуть в ответ:
— Довольно.
Значит, невзирая на признаки недовольства со стороны Арлида, эти двое во всём подчинялись Гэрхолу. Да, будь у меня побольше времени, я постарался бы посеять среди жрецов раздор, но увы!..
Вблизи деревня выглядела ещё более зловещей, чем издали.
Дома зияли чёрными дырами окон, скалились провалами вместо дверей, многие покосились набок или вовсе развалились, и где-нибудь посреди груды камней торчала, как одинокий страж, закопчённая печная труба.
— Вот наш храм, — Арлид ткнул меня костистым кулаком в спину и показал на небольшое строение с треугольной крышей. Стены его были вымазаны белой краской, а крыша, наоборот, жёлтая — и выглянувшее из-за облаков солнце позолотило её.
— Это же храм Невидимого Бога, — непритворно удивился я.
— Внутри! — злобно буркнул жрец. — Главное — то, что внутри, а снаружи может быть, что угодно! Так даже лучше — послужит нам маскировкой!
Зурбаг вдруг тихо засмеялся — словно заквакал.
— Невидимого? Хорошая шутка, дракон, мы сейчас невидимки!
Изнутри храм действительно поменялся. Каменный пол был застелен тёмно-красной тканью, свечи на подставках убраны, и вместо них развешаны факелы. Исчез круглый мраморный алтарь, некогда возвышавшийся посреди залы.
Теперь там стоял огромный, плоский четырёхугольный камень.
— Тут должен быть металлический цветок, — пояснил Арлид, — символ Фэлани. Но где ж мы его возьмём… хоть такой алтарь пока!
Я промолчал и ещё раз оглядел залу. Там, где обычно на стенах вешали картины, изображавшие хранителей, темнели пустые квадраты, и я слегка заволновался. Спросил у жрецов, куда дели картины. Наверняка это были редкие произведения искусства.
— Не всё ли тебе равно? — Прежде чем ответить, Зурбаг снова разразился своим квакающим смехом.
— На полшага от гибели, а туда же, про картины спрашивает!
Я понял, что задавать вопросы бессмысленно, и лучше думать не о картинах, а о том, как незаметно избавиться от верёвок. Если б Арлид и Зурбаг так внимательно не присматривали за мной… А даже отвернись они на время, где я достал бы острый нож?
Взгляд остановился на кинжале, заманчиво торчавшем из-за пояса у Зурбага.
