Я лишь устало вздохнула и навесила на губы дежурную улыбку.
— Да, входите! — откликнулась я.
Дверь распахнулась, и в комнату втолкали девушку, следом вошёл дворецкий.
— Как просили, Маргарита Николаевна. Вот, привёл.
— Спасибо, Саша, — кивнула я. — Ты можешь идти.
Дворецкий молча кивнул и покинул кабинет, оставив нас наедине. Окинула ее внимательным взглядом. Свежа, молодая, красива. Очень достойная будет девочка. Спрос будет на неё хороший.
— Проходи. Садись, — обратилась я к ней и рукой указала на стул возле неё.
Девушка молча прошла через кабинет и села на указанное место, в ожидании глядя на меня.
Я достала сигарету, вставила в мундштук и закурила. К этому разговору невозможно подготовиться.
— Ты знаешь, зачем ты здесь, Виктория? — спросила я девушку, выпустив ароматный клуб сизоватого дыма в потолок.
— Нет, — глухо отозвалась Вика.
— Ну что ж, давай по порядку, — села я нога на ногу и принялась объяснять. — Этот дом — элитный загородный Клуб для мужчин, а я — его директор, и веду дела клуба.
Зовут меня Маргарита, можно просто — Марго. Ты догадываешься, что от тебя требуется? — снова спросила девчонку.
— Нет, — ответила та.
Я еще раз глубоко затянулась, выдержав паузу, после чего продолжила.
— Наши гости приезжают сюда отдыхать. За это они платят большие деньги, а ты — будешь помогать им расслабиться. Ты будешь нимфой на одну ночь, для того, кто готов будет за тебя заплатить.
Девушка в миг побледнела и округлила без того огромные глазищи. ну сейчас начнется истерика… Вика вскочила на ноги.
— Нет! Только не это! Вы не заставите меня!!! — кричала она, и я сморщилась от громкости ее писка.
— Сядь. И не ори! — жестко оборвала Викторию я. — Так у нас разговора не получится.
Я скрестила руки на груди и, прищурив глаза, сверлила взглядом девушку.
— Ты, кажется, не понимаешь, куда ты попала. Я не спрашиваю, чего ты хочешь или не хочешь. СЯДЬ НА СТУЛ, я сказала!
Под впечатлением от моей неожиданной для нее жёсткости Вика в смятении опустилась обратно.
Я же наоборот встала и оперлась о стол, нависнув над ней.
— Мы заплатили за тебя деньги. Большие деньги, — говорила я ей, глядя прямо в глаза. — Пятьдесят тысяч долларов. И ты будешь делать всё, что мы тебе скажем. Советую смириться с данным положением дел, потому что выбора у тебя нет. Отсюда только два выхода: за ещё большие деньги или на тот свет.
Она тихо плакала, выражение лица выражало отчаяние и обречённость.
— Что вы за люди такие!? — хныкала она.
