— Я очень благодарна тебе, что ты вытащил меня оттуда. Несмотря на то, что было там между нами, я ценю твой поступок. Но лучше всего для нас обоих будет, если ты меня просто отпустишь и забудешь обо мне. Отпусти, меня, Егор.
— Не получится, — покачал головой он. — Пока тебе придётся остаться со мной.
— Но почему? — вскинулась я. — Теперь ты меня собрался держать в плену?
— Это не плен, а защита, — терпеливо ответил мужчина. — Пойми, нас ищут очень серьёзные люди. Думаю, они почти сразу заметили твой побег и моё отсутствие, и связали это воедино.
Если они найдут тебя со мной — у тебя будет шанс выжить.
Я с трудом переваривала информацию.
— Ты поедешь со мной, и какое-то время мы будем рядом. И это не обсуждается. Я никуда тебя отсюда одну не выпущу. Ты выйдешь за дверь только со мной, — он говорил твёрдо и жёстко.
Снова вернулся тот самый Егор, которого она так боялась…
— Ты когда-нибудь отвяжешься от меня? — сквозь зубы процедила я.
Спаслась, называется…
Егор гордо поднял голову:
— Обязательно.
Обещаю. Как только всё утрясётся, я сам лично отвезу тебя, куда скажешь, а потом исчезну навсегда из твоей замечательной жизни.
Он вскочил на ноги чернее тучи, громко хлопнул дверью. Я прижала ладонь к губам и затряслась в беззвучных рыданиях.
Неужели мне никогда не избавиться от них? Сбежала из Клуба и угодила прямиком в лапы Егора. Но без него мне в самом деле не выжить.
В комнату вернулся Дмитрий.
— Поговорили уже?
Я молча кивнула, пытаясь успокоиться."
"— А Егор где?
— Ушел, — ответила я.
— Хм, — нахмурил брови мужчина. — Надеюсь, скоро вернётся. У вас же рано утром самолёт.
Я резко вскинула голову:
— Какой ещё самолёт?
— До Германии. Я как раз только выкупил билеты. Он что — не сказал тебе?
— Я никуда С НИМ не поеду, — твёрдо сказала я.
Дима подошёл к дивану и присел на край.
— Ты извини, я случайно услышал обрывки вашего разговор. Вы так бурно всё обсуждали… Ты не права. Тебе нужно послушать Егора, он знает, что говорит. Он не первый год с этими людьми работает.
Если он считает, что тебе нужна круглосуточная защита сейчас — значит, так оно и есть. Я понял из вашего разговора, что он тебе неприятен. Но ради своей жизни ты же можешь потерпеть?
Дима говорил верные слова. Гордость — гордостью, но если на карту поставлена жизнь? Неужели они не смогут немного потерпеть друг друга? Тем более, Егор явно дал понять, что если нужно — увезёт её силком, и вариантов отказаться всё равно нет.
