А я, неуклюжая, ударилась головой и поморщилась, слыша звук расстегивающейся ремня.
Подняла затуманенный и в тот же момент, лихорадочный взгляд. Посмотрела на Арона и вздрогнула, когда наши взгляды встретились.
Он ничего не говорил. Коснулся пальцами моего лона, заставляя прикусить губу и зажмуриться. Попытаться сдвинуть ноги и закрыться от него, но Арон и этого не позволил. Убрал пальцы от моего лона и уже вскоре я ощутила его горячую, возбужденную плоть."
"Первое его движение и проникновение в меня. Не полностью.
Наверное, даже не на половину. Но внизу живота все будто опалило, из-за чего я шумно задышала и пальцами заскользила по гладкой поверхности стола, бездумно пытаясь в нее впиться ногтями. Пожелала отползти назад, в надежде убрать это все еще жутко непривычное чувство распирания и наполненности, но Арон сжал мои ноги под коленками и, делая новое движение, резко подтянул к себе, буквально насаживая на свой член. Входя полностью. Наполняя меня собой. Полностью и без остатка.
Я сильно прогнулась в спине и прикусила собственную ладонь, стараясь не закричать и сдержать стоны.
Ведь слышала приглушенные голоса студентов доносящихся в эту комнату из коридора. Не хотела, чтобы они услышали нас, но уже с трудом сдерживала собственный голос. В Ароне не было никакой сдержанности. Не сейчас. С первых секунд только взрыв и желание. Жуткий голод, из-за которого оборотень буквально вколачивался в меня и так неистово сжимал мои ноги.
В какой-то момент, Арон отпустил мои ноги и, взяв за запястье, потянул на себя.
Заставил сесть и вновь, начиная двигаться быстрыми, резкими и невыносимо глубокими движениями, убрал мои волосы с плеча. Будто сквозь пелену легшую на глаза, я увидела что его клыки стали немного длиннее и острее. Поняла, что он хотел поставить метку и тут же обеими руками закрыла плечо. Арону это не понравилось, что выказалось сталью мелькнувшей в глазах и более грубыми движениями. Но я все равно держала ладони на плече. В голове полнейшая, пустота, но все же я слышала это явное «нельзя», которое тут же слетело с моих губ:
— Нельзя… Нельзя ставить метку, — прошептала пересохшими губами.
– Запах не убрать. Все будут знать, что мы вместе.
Не все. Только оборотни, но я понимала, что если они почувствуют на мне метку Арона, скоро это разнесется по всей академии.
Я чувствовала злость оборотня о того, что я не позволяла поставить на мне метку. И вскрикнула, когда он грубо снял меня со стола и поставил на пол спиной к себе.
