Вместе с ними еще несколько парней и девчонок.
Позади хлопает дверь. И позади раздается голос Захара:
– А ты чего не идешь?
– Это небезопасно, – говорю в ответ.
– И что?
Я поворачиваюсь к нему и говорю:
– Хочешь поцеловаться?
Глаза Захара чуть расширяются. Он бросает взгляд вдаль, словно прикидывая, заметит ли с такого расстояния Матвей. Потом изъявляет.
– Ты самая красивая здесь, но пожить мне хочется больше.
– Спасибо за комплимент.
– Я покурить вышел, – Захар достает сигарету, подкуривает.
Делаю несколько шагов в сторону и говорю со вздохом:
– Не понимаю, какого черта он приперся.
– Вот и я, – улыбается он. – Ничего не понимаю.
– Пойду пройдусь.
Спускаюсь с крыльца и направляюсь к редким деревьям. Вдыхаю свежий хвойный запах — хорошо здесь! Красиво, ярко, аж глаза слепит. Снег чистый–чистый, хоть растапливай и пей воду. Откуда–то издалека раздаются крики и хохот.
Ко мне присоединяются Славик, Сергей и еще пара человек.
С этого момента куда бы я ни пошла, чем бы ни занималась, меня все время окружают ребята.
Пытаются затащить то в снег, то на плюшки, то напоить. Приходится упорно быть «скучной и правильной».
Матвей же успевает всё! Куда бы я ни пошла, чтобы не видеть его счастливого в окружении поклонниц, он неизменно оказывается поблизости. С врубленным на максимум природным обаянием. Шутит, смеется. И все вокруг него – то же. Кроме меня, разумеется.
Темнеет. Ближе к ночи мясо съедено, часть запасов выпита. Бани натоплены. Я в тихом бешенстве.
Поначалу я не собираюсь переодеваться в купальник, даже не знаю, зачем бросила его в сумку.
Но разделись все, и я вновь оказалась белой вороной в свитере. Пришлось.
Желающих погреться в баньке насчитывается много, а вот рабочая парилка — всего одна, поэтому полуголый народ, слегка протрезвев, расположился в общей гостиной за столом. По очереди тянут жребий, кто с кем идет париться. Вроде бы так веселее и пикантнее.
Захар сидит у окна с сигаретой и молча следит за обстановкой. Его левый глаз жутковато–красный, как у терминатора, поэтому парня никто не трогает.
Вдруг заразен?
Попросить не курить в помещении я не решаюсь, дабы не показаться еще душнее, чем есть.
Матвей, раскрасневшийся после захода в парилку, развалился на стуле. Расслабленный и полностью довольный собой. Рядом сидит такая же красная Кристина, они ходили первыми. Вдвоем. Два испытателя.
Вокруг бедер Матвея обмотано полотенце. Остается только гадать, есть ли под ним еще какая–то ткань. И была ли в бане.
