Под британским флагом

Юный штурман будет нервничать, строго соблюдать правила и ожидать от тебя такого же. Капитан будет тянуть до последнего. От скуки. У трешника на встречном могут сдать нервы, уступит дорогу, даже если не должен. Если другое судно не соблюдает правила, ты обязан предпринять действия, чтобы избежать столкновения. Пока что правил нет, но уже есть хорошая морская практика, взаимная вежливость — судно на ветре должно уступить дорогу судну под ветром.

По времени, катер уже давно должен добраться до брига.

В той стороне тихо. Или сработали чисто, или… Наверное, второе, потому что в такой тишине хоть что-то, но услышали бы.

Я поворачиваюсь к лейтенанту Джеймсу Фаирфаксу и не то, чтобы спрашиваю, а, скорее, делюсь мнением:

— Проскочили?

— Слишком темно, — говорит он в оправдание мичмана Этоу.

Я возобновляю хождение и, в очередной раз подойдя к левому борту, вижу вспышку от выстрела, а потом слышу звук. Стреляли из мушкета. У абордажной партии пистолеты. Два из них стреляют в ответ, после чего раздаются громкие крики.

Затем еще выстрелы из пистолетов и мушкетов. Трудно понять, что там происходит, но уже ясно, что неожиданно напасть не получилось. Крики и выстрелы продолжаются еще минут пять, а затем становится тихо. Слишком тихо.

— Поднять фонарь! — приказываю я.

Матрос поднимает на фок-мачте зажженный фонарь. Если нападение отбито, катеру будет легче найти нас. Помощник хирурга спускается в лазарет, чтобы приготовить инструменты. Вместе с ним уходит камбузный слуга, который будет за медбрата.

В той стороне, где бриг, появляется огонь. Это зажженный фонарь. Он покачивается влево-вправо, сигнализируя, что приз захвачен, помощь не нужна.

— Разбудишь меня на рассвете. — говорю я лейтенанту Джеймсу Фаирфаксу и ухожу в каюту.

Раздеваясь, думаю, что мне легче самому нападать, чем ждать, как это сделают подчиненные.

44

Во время нападения погиб матрос. Пуля из мушкета, выпущенная практически на звук, нашла своего героя.

Попала в голову, умер сразу, не мучаясь. Похоронили его по морскому обычаю, зашив с ядром в ногах в парусину. Одному морскому пехотинцу отрубили палашом кисть правой руки. Он лез первым. Ухватился рукой за планширь — и стал инвалидом. Теперь будет получать пожизненную пенсию от государства, равную половине нынешнего оклада. В данном случае — девять шиллингов шесть пенсов в месяц. Как ни странно, такая пенсия — мечта многих моряков британского флота.