Под британским флагом

Мичману было приказано следовать за корветом на дистанции не более трех кабельтовых, а если начнет отставать, сразу сигналить. В случае встречи вражеского военного флота в бой не вступать, по возможности удирать в Гибралтар.

— А мы больше не будем по нему стрелять?! — спросила огорченно Фион.

Кровожадность женщин пропорциональна их глупости, а поскольку умных не встречал, войны никогда не прекратятся.

— Зачем нам портить собственное имущество?! — задал я встречный вопрос. — Чем целее будет приз, тем больше получим за него.

— А сколько примерно? — спросила она.

— Если доведем до Гибралтара, то мы с тобой станем богаче тысяч на десять фунтов стерлингов. Думаю, даже на большую сумму, — предположил я.

Поскольку корвет еще не вошел в состав Средиземноморского флота, адмиралу Джону Джервису одна восьмая не полагалась. Ее получу я. Меня это радовало больше, чем причитающиеся еще две восьмые. Не то, чтобы я ненавидел этого человека, но очень не хотелось делать ему такой богатый подарок.

У Фион сразу пропало желание стрелять по флейту. Теперь она смотрела на приз теплым взглядом заботливой мамаши. Сейчас ее скромный ум неторопливо, в силу способностей, переводит предполагаемую сумму призовых в новые платья, туфли, чепчики…

Гибралтарский пролив проскочили ночью. Может быть, там не было вражеских военных кораблей и можно было идти днем, но я не стал проверять. Потерять такой ценный приз было бы очень обидно. Дул довольно свежий юго-западный ветер.

На рассвете увидели Гибралтарскую бухту. Я опасался, что ее может блокировать испанская эскадра, которую мы повстречали в Кадисском заливе, но пока что это не случилось. Рейд защищало от брандеров боновое заграждение, за которым стояли девять линейных кораблей эскадры контр-адмирала Манна, входившей в Средиземноморский флот, и два пакетбота. Остальной флот все еще блокировал Тулон и испытывал недостаток во всем. Адмирал Джон Джервис продолжал имитацию бурной деятельности.

56

В Гибралтаре готовились к очередной осаде, подновляли старые защитные сооружения и рыли и насыпали новые. Из-за постоянно передвигающихся по берегу отрядов солдат, создавалось впечатление, что их стало здесь больше. Вполне возможно, что так оно и есть.