Под британским флагом

Кто его знает, сколько нам еще болтаться вдали от баз под командованием неугомонного контр-адмирала Нельсона, а свежие продукты уже закончились. Корсиканцы вернулись под утро. Доставили на борт десяток коз, две бочки вина, шесть мешков с мукой и несколько корзин прочей снеди. Лично мне Пурфириу Лучани отдал одиннадцать золотых луидоров и женский золотой перстень с аметистом. Видимо, грабанули богатую сеньорию. Как мне рассказал пленный командир французского корсарского судна, сейчас во Франции, особенно в сельской местности, грабежи и разбои стали частым явлением.

Умелое руководство революционного правительства, основой которого является экспроприация, привело страну к разрухе и голоду. Кто посмелее и побеспринципнее, переняли опыт правительства, сами занялись экспроприацией. Так что нападение корсиканцев не будет чем-то необычным. Тем более, что они теперь опять подданные Франции.

Погрузив добычу, сразу направились, подгоняемые бризом, к мысу Сисье. Там нас поджидал английский военный бриг с модным сейчас названием «Мятежник» под командованием коммандера Томаса Харди.

Он сообщил мне, что его выслал вперед капитан Томас Трубридж, который вел помощь Нельсону — эскадру из десяти семидесятичетырехпушечных линейных кораблей третьего ранга и пятидесятипушечного «Леандра», относящегося к четвертому рангу. Я объяснил Томасу Харди, где искать контр-адмирала, а сам остался поджидать эту эскадру.

Думал, что придут быстро, но все эти дни дул сильный северо-восточный ветер.

Наверное, из-за него к седьмому июня эскадра так и не добралась до мыса Сисье. Фрегаты тоже не появились. Мне пришлось делать выбор между беспрекословным выполнением приказа командира — через неделю следовать к острову Сан-Пьетро — и здравым смыслом, который подсказывал, что контр-адмирал и сам прибудет сюда вскорости. Я выбрал первый вариант, потому что он больше нравился мне. Наверняка мы отсюда всем флотом пойдем к Сицилии и дальше, а Пурфириу Лучани, отдавая золотишко, намекнул, что корсиканцам очень хотелось бы заскочить на любимый остров и оставить там награбленное имущество, призовые и заработанные деньги.

Одного жалованья у них накопилось немало. Нижним чинам, благодаря бунтам, с прошлого года повысили оклады. Теперь опытный матрос получал один фунт девять шиллингов и шесть пенсов, обычный матрос — на шесть шиллингов меньше, а неопытный — на семь. Вторым следствием беспорядков было то, что перестали насильно забирать на флот.