"
"Французы и англичане никогда не будут любить друг друга, даже когда будут сражаться с общим врагом, а сейчас для ненависти есть важный повод: пока я добирался кружным путем через германские княжества и республику Батавия до Парижа, Англия опять объявила войну Франции.
— Надеюсь, эта нелюбовь не помешает нашим деловым отношениям? — поинтересовался я.
— Нисколько! — улыбнувшись, заверил Антуан де Ре.
Я передал ему адрес в Кале, куда теперь надо отправлять письма с интересующей англичан информацией.
Несмотря на войну, почтовое сообщение между странами не нарушалось. Наверняка почта досматривалась и резидентом в Кале использовались шифры, но мы ими не пользовались. Племянник пишет дяде о делах семейных и добавляет парижские сплетни. Вот только у племянника слишком много родственников, которые постоянно болеют, лечатся, записываются в армию или на флот или увольняются оттуда, переезжают из города в город… В следующем письме парижский племянник напишет дяде, что его навестил кузен проездом из Дании и отправился дальше, в Тулон, где намеривается подыскать работу на море.
96
Хотите верьте, хотите нет, но скупому датскому капитану очень трудно устроиться во французский военный флот. То ему корабль не нравится, то экипаж маловат, то оклад. Правда, предлагали ему то, от чего отказывались даже новоиспеченные французские капитаны, так что подозрительным такое поведение не казалось. Я снимал номер в гостинице «Тихое место», расположенной на склоне горы Фарон, и из окна моего маленького и дешевого номера были видна вся бухта и корабли в ней.
С подсчета их начиналось каждое мое утро. Днем я разгуливал по городу, в основном по рынкам, где слушал городские сплетни, а по вечерам сидел в припортовой таверне «У сарацина», куда заглядывали моряки с военных кораблей. По утверждению хозяина таверны, краснолицего рыжебородого весельчака, его предком был пират из эскадры Барбароссы Второго, главнокомандующего всем турецким флотом, зазимовавшей в шестнадцатом веке в этой гавани по разрешению французского короля Франциска Первого после совместной осады Ниццы.
Это событие тулонцы помнили потому, что мусульманам разрешили проводить свои богослужения в католическом соборе. Несмотря на то, что собор недавно перестроили, его до сих пор считают как бы не совсем очистившимся, а потому и не совсем полноценным. То есть, бог услышит не все слова или буквы из твоей молитвы.
