Под доброй улыбкой зла

То есть для нормального человека разработанное японскими дизайнерами кресло было вполне подходящим. Оно не годилось для него, для инвалида, в которого он превратился.

Временами Денис из машины выходил. Прогуливался, снова садился за руль.

Он бы мучился до позднего вечера, удивляясь собственному упрямству, но ему повезло, все случилось гораздо раньше.

Прямо перед ним остановилось такси. Вход в проходную такси не загораживало, и Денис не обратил на него внимания.

Дюймовочка выскочила из проходной минут через пятнадцать.

Вид у девчонки был жалкий, испуганный. Впрочем, это Денису могло и показаться.

Такси тронулось, Денис поехал следом. Консьерж Александр Николаевич сейчас неодобрительно сжал бы губы. Денис был с ним согласен, затянувшееся безделье явно толкает его на странные поступки.

Ехать пришлось недолго. Желтая машина остановилась у панельной девятиэтажки, Денис проехал чуть дальше, достал телефон, собираясь снова набрать номер утреннего абонента.

Девушка вышла первой, подождала, пока выйдет водитель. Мужчине было не меньше сорока. Плотный, невысокий, он тем не менее был почти на голову выше своей пассажирки. Мужчина хмуро оглядел свою машину, направился к подъезду. Девушка засеменила за ним.

Позвонить при мужчине-водителе Денис не рискнул. Зато чудом догадался и успел сфотографировать девчонку, когда она стояла около двери подъезда, а водитель тыкал в домофон.

Он ждал минут сорок. Водитель такси из подъезда не вышел.

Ждать дальше было уж совсем глупо. Денис вернулся домой и, не зайдя в квартиру, опять отправился к Марии Давыдовне.

– Она, – разглядев фото на протянутом Денисом телефоне, уверенно кивнула женщина. – Она здесь жила. На воробушка похожа.

– Вы же говорили, что девушка серенькая, – улыбнулся Денис. – А эта брюнетка.

– Волосы можно в любой цвет покрасить, а серость не скроешь, – Мария Давыдовна засмеялась и невесело добавила: – Какая-то она… жалкая.

– Она училась с Павлом в одной группе.

Женщина снова посмотрела на экран, а потом на Дениса.

– Зачем тебе девочка?

– Сейчас везде камеры висят. Рано или поздно найдут того, кто Пашу убил.

Женщина говорила это скорее себе, чем Денису.

– Извините, что побеспокоил.

– Перестань! – Она недовольно дернула головой. – Ничем ты меня не побеспокоил!

Когда Денис шел к своему дому, понял, что сильно проголодался, и, опять не поднявшись в квартиру, пообедал в ресторане.

Спать на чужом диване было неудобно.