Под доброй улыбкой зла

– Холодно, – согласилась девушка и ласково сказала: – Не провожай меня. Не мерзни.

Даша передернула плечами и виновато кивнула.

Денис открыл дверь и вместе с ней вошел в подъезд.

– Это Варя, – откинув капюшон, объяснила соседка. – Жена Антона, бывшего Лизиного мужа.

– Вы дружите? – Денис вызвал лифт.

Соседка неопределенно повела головой.

Внезапно Денису стало неловко, жалко ее. Показалось совсем нелепым, что Даша не пошла провожать девушку, потому что хочет остаться с ним.

Едва ли это так. Он плохой психолог и может придумать то, чего на самом деле нет.

Он нажал кнопку своего этажа и Дашиного и на своем этаже торопливо выскочил. Он торопился напрасно, Даша его не позвала.

Давление снизилось почти до нормы через полчаса.

– Не делай из меня инвалидку, – проворчала мама, когда Власта снова потянулась к тонометру.

Власта молча сунула мамину руку в манжету.

– Нормально. – Власта сняла манжету. – Ты завтракала? Хочешь, что-нибудь приготовлю?

– Нет. А ты? Ты голодная?

– Тоже нет. – Власта отошла от маминой кровати, села в кресло.

Кресло было очень старое. Лет десять назад папа отдал его отреставрировать, хотя дешевле было купить современное, новое.

Маленькая Власта любила читать в этом кресле, подогнув под себя ноги. Сейчас подгибать ноги не хотелось, Власта их вытянула.

– Антон ходил к нотариусу? – Мама поправила подушку под головой.

– Не знаю. Думаю, что ходил. Его вопрос наследства волнует. – Власта не хотела, чтобы это прозвучало осуждающе, но вышло именно так.

– Мы с папой мечтали, чтобы вы были друг для друга поддержкой.

– Ты считаешь, что я способна бросить Антона в трудную минуту?

Время для ссор было неподходящее, Власта постаралась сбросить нарастающее раздражение, глядя на бледное мамино лицо.

– Мам, ты же знаешь, я сделаю для Антона все, что смогу. Но уверяю тебя, он и сам в состоянии за себя постоять. Не внушай себе, что он беспомощный. Это не так. У него хорошая коммерческая интуиция, он умеет налаживать контакты. Он не пропадет без Лизиных денег.

Власта хотела сказать, что преодоление трудностей брату будет только полезно, но не стала. Слишком бледным было мамино лицо, чтобы говорить что-то подобное.

– Я утром позвонила Косте Евсееву. Это парень из Мишиной группы, у которого мы с Лизой познакомились.

– Я помню Костю. Они с Мишей иногда за тобой заходили.

Слушать про Костю маме едва ли было интересно, но Власта продолжала:

– Сказала ему, что Лиза умерла. Он так перепугался, что мне стало противно.