Под доброй улыбкой зла

Елена заговорила сама:

– Твоя фирма может сделать софт для нашей внутренней отчетности?

– Конечно, – лениво ответил Антон. – Только найди кого-нибудь потолковее, кто опишет форму документов.

Она погладила его по плечу, прижалась щекой.

– Найдем. Возьмешь в штат мою тетю?

– Нет проблем, – засмеялся Антон.

Это было то, о чем он мечтал.

Это было то, чего не дал ему тесть. Тот познакомил с нужными людьми, за это ему спасибо, но к бюджетной кормушке не подпустил.

Впрочем, не факт, что и сам имел возможность отщипнуть от кормушки.

Успешный бизнес можно вести, только имея доступ к госзаказам. Ну а то, что за такие заказы положен откат, всем понятно. Тот может быть и в виде зарплаты тети, нет проблем.

На самом деле зарплатой тети откат не ограничится, но лучше иметь заказы с издержками, чем не иметь их вовсе.

– Тетя кандидат технических наук, между прочим.

– Отлично! – Антон прижал Елену крепче и искренне прошептал: – Как мне с тобой хорошо, Лен!

Они понимали друг друга с полуслова. И это было замечательно.

Сестра и мать осуждающе вздохнули бы, узнав, что ему придется пользоваться не совсем честными схемами. Варя начала бы переживать, что он сможет оказаться у кого-нибудь на крючке.

С ними со всеми можно только пойти ко дну. А с Еленой выплыть.

Домой он приехал не слишком поздно, в девять. Настроение у него было отличное.

Поднимать тяжести ему было нельзя, но допустить, чтобы рядом с ним женщина тащила сумки, Денис не мог. Отнес сумки в машину, закурил, ожидая, пока спустится Алиса.

Машину он поставил удачно, рядом с подъездом.

Вышла Алиса. Денис бросил окурок в урну, открыл ей дверь машины, сел за руль.

Машину он не водил давно и одно время даже раздумывал, не продать ли ее. По утрам и вечерам проще пользоваться городским транспортом, а, кроме как на работу, ездить ему было некуда. Теперь порадовался, что не продал. Руль приятно чувствовался под ладонями.

Алиса больше не плакала, равнодушно смотрела на падающий за окном снег и сжимала пальцами лежащую на коленях сумочку.

– Паша один у родителей? – покосившись на бледное заплаканное лицо, спросил Денис.

На ней был черный пуховик, на голове черная вязаная шапочка. На черном фоне лицо казалось совсем бескровным.

– Один, – она покивала. – На сестру смотреть страшно. И на зятя тоже.

Денис перестроился в левый ряд, остановился перед поворотом.