Намотав на кулак поводок, я заставляю Тайсона держаться дорожки, хотя запала во мне достаточно, чтобы пробежать с ним пару километров на скорость.
— Стой… — дергаю я пса, когда в поле зрения возникает детская площадка.
Я оглядываю ее, ища в кармане куртки резиновый мяч. Осматриваюсь по сторонам — я в этом парке впервые. Поблизости нет других собак — это хорошо, потому что моя на херовом этапе зрелости. На том, когда отстаивать свой статус необходимо перед любым кобелем, даже перед тем, который уже сдыхает.
Я треплю Тая по холке. Бросаю взгляд на площадку.
В конечном итоге запускаю мяч прямо в присыпанную снегом песочницу и спускаю своего кобеля с поводка. Пока он с лаем несется по парку, я следую за ним.
— Мамочка! — звенит в воздухе детский вопль. — Собака!
Ускоряюсь.
На девочке яркий комбинезон, я заметил ее сразу. Она прячется за матерью, пока Тайсон тычется носом той в ладонь.
Оказавшись рядом, я придерживаю Тая за ошейник и встречаю острый взгляд напротив. Глаза голубые, красивые.
Утонуть можно. Они врезаются в мои, пока я медленно говорю, адресуя свои слова девочке:
— Не бойся. Он не кусается.
Глава 63
— Мама…
— Не бойся… — произносит Карина, разрывая наш энергетический контакт.
Происходящее мы обсудили достаточно подробно, и все точь-в-точь по сценарию.
Присев на корточки, я гляжу на девочку.
Она смотрит на моего ретривера то ли в страхе, то ли в любопытстве. На ее голове — вязаная шапка. Заглядываю в маленькое лицо, привлекая к себе внимание.
— Он добрый, не бойся… — говорю я Сабине.
Тайсон сидит, вынужденный подчиниться моему захвату на своем ошейнике.
— Смотри… — забираю из его пасти мяч. — Дай сюда… дай! Вот так. Молодец. Видишь? Хочешь потрогать?
Девочка смотрит на меня горящими глазами.
Все-таки любопытство.
Ее глаза тоже голубые, но не того оттенка, что у матери. Другой оттенок, другие контуры бровей, носа. Да. Девочка — копия своего отца, но в последние дни своей жизни я уже не уверен в том, что и как имеет для меня значение.
Круг моих принципов теперь сильно смахивает на квадрат, и я толкаюсь об эти углы, а это о-о-очень хуевые ощущения.
— Можно? — Сабина смотрит на мать.
Тайсон тянет к ней свою морду.
Карина опускается на корточки напротив.
У ее духов — аромат из какого-то цветочного семейства, но нежный и знакомый. Знакомый до острой биохимической взаимосвязи между моими мозгами и телом."
"Освободив ладонь дочери от перчатки, она берет ее руку в свою и вытягивает.
