И даже испытывала к нему какие-то чувства. Но она ни за что, ни при каких условиях не рискнула бы безопасностью детей. Даер слишком хорошо изучил Ирину, чтобы поверить в бредни Линуса.
— Возможно, если использовать королевский цвет, — хохотнул предатель. — А еще я слышал, что отрезанный рог этого монстра — могущественнейший артефакт. С твоей помощью, демон, я убью сразу двух зайцев: навсегда освобожу остров, став его единственным владельцем, и найду способ покончить с Фашией. Трон достанется достойному.
Смысл сказанного постепенно доходил до сознания Даера.
Он не мог и представить, что человек, поклявшийся ему в верности, когда-нибудь предаст. Предаст его и будущего короля Вирилада, которого оплакивал когда-то как собственного сына. До чего же беспощаден и мерзок этот человечишка. А ведь Даер верил ему. Верил настолько, что рассказал о магическом воздействии цветов и единственном способе навсегда покончить с монстром. Это было сказано лишь однажды и вскользь, но Линус запомнил. И обратил знания против самого Даера.
— Я прикончу тебя, как жалкого слизня, — пообещал Даер. Занес руку.
Но следующие слова Линуса остановили его.
— Рискни, и Вириладу придет конец. Он уже спешит к пещере и на закате достигнет цели.
— Он еще слишком мал! — рявкнул Демон, чувствуя, как в темные волосы пробирается седина. — И у него совсем нет магии. Он не справится."
"— У тебя есть магия! — Линус потер ладони и победно вскинул подбородок. — А у Вирилада — королевская кровь. Выбирай, демон, твоя жизнь или его. Выбирай быстро, иначе мальчишке не жить.
Глава 50
Даже обессиленный, Даер мог бы убить Линуса одним щелчком пальцев. Но не сделал этого
— потому, что любил Вирилада, Оливию и Ирину. Он мог пожертвовать ради них не только собственным счастьем и силой, но и жизнью.
— Не смей трогать мальчика! То, что вы задумали, бесчестно!
Громогласный голос демона разнесся по округе.
У Линуса заложило уши, но он продолжал улыбаться, понимая, что загнал Даера в смертельную ловушку. Наслаждался мнимой властью.
В отличие от демона, понятие чести не было знакомо Линусу. Этот во всем видел лишь собственную выгоду и, не страшась нападения, сильнее разозлил Даера.
— Не справится Вирилад, отправим к монстру Оливию. В ней тоже течет королевская кровь, хоть она и девочка.
Впервые в могучем сердце Даера поселился страх. Липкий холодный пот тонкой струйкой пробежал вдоль позвоночника. Стоило представить, что дети идут в логово монстра, как острая боль пронзала огненной стрелой.
