Под маской, или Страшилка в академии магии

Так что нечего обижаться! Потом еще спасибо старой Аниге скажешь!

— Спас-с-сибо! — прошипела я и, зло зыркнув на комендантшу, вошла к себе в комнату и закрыла перед ее носом дверь.

Я все понимаю, но так откровенно лезть в мою личную жизнь и указывать, с кем мне общаться, а с кем нет — это перебор! У меня что на лбу написано «Жертва»? То опекун диктует, как мне жить и кого любить, а теперь и комендантша общежития! Кто следующий?

Я даже забыла о своей слабости и, пыхтя от возмущения, с силой ударила по кровати ногой.

От боли слезы брызнули из глаз. Я упала на кровать и разревелась. Только уже не от боли, а всего, что пришлось сегодня пережить: сложная двойная инициация; бессилие из-за того положения, в которое меня поставил опекун; досада на драконов и Анигу; тоска и боль при воспоминании о маме и отце… Все навалилось разом и выходило из меня очищающими слезами.

А потом я почувствовала, как меня в нос лизнули.

— Тигруля мой, — всхлипнула я и обняла своего пушистого рыжего друга, который одним своим присутствием успокаивал и дарил надежду, что все будет хорошо.

 — Ты самый лучший! — и полностью обессиленная, уже на грани сна, ответила то ли на вопрос, то ли на его тень, то ли просто на слова, прозвучавшие в моем сне. — Да-да, конечно. Да… я хочу, чтобы ты стал моим фамильяром. Угу… Принимаю… Отдаю, да… — и окончательно провалилась в крепкие объятия Морфея.

Глава 21"

"Мужчина в теплом тулупе сидел на лавочке около дома и с улыбкой щурился на солнце.

Настроение зашкаливало, хотелось улыбаться не только припекавшему не по зимнему солнцу, но и всем встречным, которых по утру в деревне было не так уж и много.

Ему сегодня приснился сон. Снова… На этот раз он не оставил после себя щемящей тоски и чувства вины, напротив, сегодня к нему пришло приятное предвкушение. Будто обещание услышал и понял, что с ним должно случиться нечто очень хорошее.

Он никогда не помнил того, что ему снилось, оставались лишь ускользающие смутные образы и чувства.

И они потом очень долго не отпускали, подчас доводя до исступления!

Вот и сидел он сейчас на лично им выструганной лавочке и ждал. Чего? И сам не знал. Поначалу он хотел куда-то бежать, что-то делать, но потом успокоился, отчего-то принимая, что нужно просто ждать.

Он не знал, почему так доверяет этим снам и зависит от них, но только благодаря им он хоть недолго ощущал себя полноценным.