Его не видели ни в Сассексе, ни в Кентише, ни даже в Нью-Инн: это несомненно! Я поговорил с конюхами, потому что оставь милорд в какой-либо гостинице своих серых лошадей, их бы запомнили, даже если бы забыли его. Вы еще не видели их, но даю вам слово, на этих лошадей нельзя не обратить внимания. Какое совершенство! Четверка лучших лошадей, каких вы когда-либо видели, сэр!
― А как насчет частных конюшен? ― прервал его Кит.
― Нет, сэр, их не было ни в одной из тех конюшен, в которых он мог бы оставить их со спокойной душой.
Конечно, я сразу подумал о том, что он мог ночевать и не в гостинице, а лошадей оставить в частной конюшне. ― Он сдержанно кашлянул и добавил извиняющимся тоном:
― Не слишком ли я распускаю язык, мистер Кит?
Кит не обратил на это никакого внимания, но сказал нахмурившись:
― Мой брат не сделал бы этого в такое время."
"― Так и я думаю, сэр! ― сказал Челлоу. ― Не похоже это на него ― не говоря об опасности такого поступка! Танбридж-Уэллс! Боже мой, я своими собственными глазами видел там с полдюжины людей, которых его светлость знал хорошо!
Кит кивнул головой и снова замолчал.
Проблема местонахождения его сумасбродного брата казалась неразрешимой, поскольку единственное объяснение, которое пришло ему на ум, заключалось в том, что Ивлин, отправившись выкупать брошь леди Денвилл, не обнаружил лорда Силвердейла в Брайтоне и решил следовать за ним в его йоркширское поместье. Однако не успела эта мысль прийти ему в голову, как он понял ее абсурдность.
Поскольку было известно, что Ивлин очень торопился, то, предприняв это путешествие, он не отправился бы в путь в фаэтоне. Кроме того, непонятно было, почему он решил избавиться от своего слуги. Маловероятно также, чтобы он не захотел поставить леди Денвилл в известность о своем намерении. Конечно, он мог направиться в Лондон (но тогда почему он не взял с собой Челлоу?) и уехал отсюда в почтовой карете; но то, что он поступил иначе, доказывается отсутствием в конюшне его серых лошадей.
Челлоу отвлек Кита от его размышлений и представил ему новую проблему.
― Прошу прощения, мистер Кит, ― сказал он с достоинством, ― но что вы намереваетесь делать в Рейвенхерсте?
― Что делать? ― повторил Кит, единственной мыслью которого до сих пор было выбраться из такого опасного места, как Лондон. ― Я не знаю, что буду делать! Ловить рыбу, стрелять диких голубей и зайцев!
― Ох, ― сказал Челлоу тоном человека, заранее знающего ответ.
