До ночи засиживалась на балконе своего номера, рассматривая в линиях улиц какой-нибудь знак. Не спешила заряжать телефон. Не проверяла почту каждый час, как делала это раньше.
Просто ждала. Вдыхала зиму полной грудью. До будильника вставала из кровати. Перехватив в ближайшем кафе сэндвич и кружку чая, спешила на работу. Улыбалась на шутки коллег и любопытных работников гостиниц.
- Ты такая странная! - однажды заметила ее соседка по номеру. - Влюбилась что ли?
В ответ Александра лишь плечами пожала. Мало ли что кому кажется.
Ей просто наконец-то стало нормально. Не отлично и даже не хорошо – терпимо. Но и этой малостью, оказалось, можно было жить.
Вопреки первоначальным сомнениям, дело спорилось. Интерьеры номеров, красиво украшенный к зимним праздникам холл, стильный декор на фото смотрелись богато и внушительно. Коллеги восхищенно смотрели на ее фотографии, поражаясь идеально найденным ракурсам.
- Как ты это заметила?
- С какой точки это снято?
- А это точно в той гостинице?"
"После каждого ежевечернего просмотра работ на нее сыпались десятки вопросов.
На одни Аля отвечала, на другие - нет. Секрет ее вдохновения был настолько прозаическим, что о нем даже упоминать не хотелось. Кого волнуют чужие проблемы? Кто разберется в мешанине, творящейся у нее в голове? Снимала как получалось. Спокойно, долго, позволяя эмоциям перегореть, а мыслям оформиться наконец во что-то понятное.
За работой она даже не заметила наступления Нового года. После боя Курантов в спешке разослала поздравительные сообщения и позвонила маме.
Потом точно так же чуть не пропустила Рождество.
***
Приоткрыв дверь приемной генерального директора, водитель Алексей вопросительно кивнул секретарю.
- Входи, Лешик, у нас никого, - Юлия Николаевна помахала рукой.
- Точно?
- Да. С визитерами я разобралась, а начальство в конференц-зале на совещании.
- Давно?
- Недавно засели.
- Фух, - облегченно выдохнув, водитель толкнул дверь. - Угостишь кофейком? В дежурке только чай остался. Отрава отравой.
- И ты решил, что я тебе из царских закромов элитного бразильского кофе отсыплю? - женщина бросила на гостя возмущенный взгляд. - Борзеешь, Лешик!
- Юль, да ладно тебе. Босс мне жаловался, что ты ему кроме ромашкового чая ничего не даешь. Так что открывай закрома - буду кофе утилизировать.
- Ишь, Николаевич наш! Жалуется он! Да после его операции даже думать о кофе вредно, – Юлия всплеснула руками. – Мне его суженая целый инструктаж провела о том, что нельзя.
