Под покровом ночи

И была другая, настоящая Джесси, которая прятала в портфеле порнографические романы, разглядывала непристойные журналы, крала деньги из бабушкиного кошелька. Подлинной Джесси нравилось доводить до слез эту соплячку Роанну, когда никого не было поблизости. Роанну никто не любил, поэтому даже если бы она пожаловалась на Джесси, ей все равно бы не поверили. А в последнее время она просто возненавидела эту уродину, ведь ее непонятно почему всегда защищал Уэбб, и это приводило Джесси в ярость.

Ее губы скривила легкая усмешка.

Протянув руку к следующему нудистскому журналу, она внезапно услышала позади себя низкий мужской голос:

— Интересно, что здесь делает такая хорошенькая девушка?

В испуге Джесси отдернула руку и оглянулась. Она всегда была осторожна, и прежде никому не удавалось застукать ее за подобным занятием, но этот человек подошел так неслышно! Широко раскрытыми удивленными глазами она уставилась на него, приготовившись к роли наивной девочки, забредшей сюда по недоразумению.

— Если не ошибаюсь, вы — дочка Джанет Давенпорт? — негромко сказал незнакомец.

Помедлив, Джесси кивнула. Теперь, когда она уже успела его рассмотреть, ее охватила странная дрожь. Ему было за тридцать, он был высок и мускулист, и в лукаво блеснувших синих глазах она прочла, что он прекрасно понял, чем ее заинтересовали эти журналы.

— Я так и думал, что вы ее дочь. Примите мои соболезнования по поводу смерти вашей мамы.

Но когда он произносил эти вежливые слова, у Джесси было чувство, что ему совершенно безразлично то, о чем он говорил. Он медленно оглядел ее с головы до ног, и у нее тут же возникло странное ощущение — как будто между ними не было никакой преграды и она уже принадлежала ему.

— Кто вы? — Она бросила на него настороженный взгляд.

Его белые зубы сверкнули в улыбке.

— Имя Харпера Нили что-нибудь говорит вам, очаровательная крошка?

У нее на секунду прервалось дыхание. Она знала это имя, потому что тайком рылась в маминых вещах и читала ее дневник.

— Да, — сказала она прерывающимся голосом, — вы — мой отец.

Теперь, глядя, как он лениво полулежит на оде под деревом, она думала, что тогда он, наверное, удивился, что она знает, кто он такой. Но встреча с ним поразила ее гораздо больше, чем его.