Под покровом ночи

— Но ведь ты принадлежишь к семейству Давенпортов, — возразила Люсинда, как будто хотела, чтобы Роанна еще подумала над всем этим. — Люди станут говорить, что Давенкорт по праву должен принадлежать тебе, потому что Уэбб — не Давенпорт. Он наш ближайший родственник, — но принадлежит к роду Тэллентов, а не Давенпортов, и не находится в прямом родстве со мной.

— Но он больше меня подходит для этого. В гостиную вошла Глория как раз в тот момент, когда Роанна произносила последнюю фразу.

— Кто больше подходит? — спросила она, светски улыбнувшись и направляясь к своему любимому креслу.

Глории было семьдесят три, она была на десять лет моложе Люсинды и все еще не хотела мириться с возрастом, постоянно красила свои седеющие волосы и сейчас была яркой блондинкой.

— Уэбб, — спокойно ответила Люсинда.

— Уэбб? — Глория в удивлении уставилась на сестру. — Ради всех святых, для чего он больше подходит? Для электрического стула?

— Для управления Давенкортом и ведения всех наших дел.

— Да ты шутишь! С ним никто из наших партнеров не захочет иметь никаких дел!

— Нет, захочет! — В голосе Люсинды прозвучала сталь.

— Я вообще не понимаю, почему эта мысль пришла тебе в голову, ведь никто не знает, где…

— Я нашла его, — прервала его Люсинда, — и Роанна собирается поехать к нему и уговорить вернуться назад.

Как ужаленная, Глория повернулась к Роанне.

— Ты в своем уме? — прошипела она. — Ты же не собираешься привозить сюда убийцу? Я глаз не сомкну ночью, если он будет здесь!

— Уэбб не убийца, — не гладя на Глорию, сказала Роанна.

— Тогда почему же он все бросил и сбежал? Только преступник мог так поступить!

— Перестань! — Люсинда резко выпрямилась в кресле. — Он не сбежал, просто сыт был всем по горло, вот и уехал. Никто из нас не поддержал его, и я не могу обвинять Уэбба в том, что он попытался нас забыть. Я никогда, никогда не думала, что он мог убить Джесси.

— Но шериф Боули подозревал его!

— Против Уэбба не было никаких улик и, поскольку по закону его не в чем обвинить, я хочу, чтобы он вернулся назад.

— Люсинда, не делай глупостей!

Глаза Люсинды блеснули грозным огнем, и она сразу помолодела. Даже тяжелобольная, Люсинда прекрасно сознавала силу своей власти как хозяйки Давенкорта и никогда не стеснялась довести это до сведения остальных членов семейства, если они об этом забывали.

— Этот вопрос больше не обсуждается, — сказала она.