Под прицелом моего сердца

Перед глазами появлялись картинки из прошлого, от которого замирало дыхание. Вот Злата в моей футболке хлопочет на кухне у плиты. Вот она улыбается мне. Целует. Обнимает. Или смеется. Моя девочка, моя маленькая рыжеволосая ведьма. Дальше начали мелькать картинки, которые я представлял себе, держа Злату в объятиях еще прошлой ночью. Картинки о нашем будущем, свадьба, рождение детей, совместные праздники, прогулки…. Всему этому не бывать. И по моей вине!

Сквозь пелену, затмившую мое сознание, донесся голос генерала.

— Немедленно в госпиталь! — скомандовал он. Его голос слышал издалека. Мне было безразлично абсолютно все. Даже отчим, пытавшийся сейчас достучаться до меня.

— Емеля! Очнись! — командовал он. А я только продолжал сидеть на земле неподвижно, стараясь уговорить себя, заставить себя представить, что всего этого не было. Я не стрелял. Златы не было в ресторане. Она дома, ждет меня. Я приеду к ней после задания, и все будет хорошо. Буду носить ее на руках, любить, защищать от всего и от всех.

Почувствовал ощутимый удар по лицу. Кто-то схватил меня за одежду. Встряхнул. Нехотя открыл глаза.

— Она жива, — только и смог разобрать я.

— Я не промахиваюсь, — прошептал я. Генерал хмыкнул.

— Не в это раз, сынок, — возразил он, протягивая мне руку. Я кое-как смог подняться. Не верил я генералу. Просто на автомате шел за Тимофеем Потаповичем следом. Мы сели в машину и куда-то помчались.

— Состояние тяжелое, — вздохнул генерал, отключив мобильник, — Будут готовить к операции.

— Зачем Вы так? — тихо спросил я, когда цирк, организованный генералом, начал меня раздражать, — Я стрелял в нее. Я все видел….

— Ты промахнулся! — закричал генерал, так, что стекла, казалось, зазвенели. Или это просто шум в ушах не прошел? По фиг!

— Будем ждать, — уже спокойнее проговорил генерал. А я посмотрел в его глаза. В них не было лжи. И огонек надежды загорелся где-то впереди. Генерал вздохнул, отвернулся от меня. Посмотрел в окно, — Все хорошо будет.

А я уже не мог говорить. Закрыв лицо ладонями позволил эмоциям выплеснуться из груди. Позволил слезам катиться по щекам, не боясь услышать упрек, что мужчины не плачут. Плачут. Даже самые сильные, если теряют любимых.

Глава 13. Сургут

В военном госпитале генерал развернул широкомасштабные действия. В просторном холле нас уже встречал главврач. Тимофей Потапович потребовал детального отчета. А я старался все внимательно слушать и запоминать, но было трудно.