Под прикрытием

– Вас понял, Отель-дельта, прием!

Капрал стащил с головы наушники, пытаясь понять, что бы это все значило…

– Внимание, отделение! Пять минут на то, чтобы проглотить все, что у вас во рту и на тарелках, привести себя в порядок и построиться на противоположной стороне улицы! Если кто-то что-то здесь забудет, будет драить потом толчки целый месяц! Время пошло!

Автомобиль, черный «Ровер-600», появился на улице минут через десять. Как ему удалось пробиться через пробки – неизвестно. Хотя, возможно, пробок к этому моменту было уже меньше – те, кто хотел немедленно уехать из города, это сделали.

Команда была подана излишне – никто из армейских офицеров не прибыл, видимо, все чем-то заняты. «Ровер» уехал, высадив одного человека – молодого на вид, среднего роста, в черном костюме и белой рубашке – стандартном чиновничьем наряде.

– Колин Уиддоуз… – он безошибочно определил старшего, протянул руку, – MI5.

– Капрал Джордж Стеннис, полк Валлийских королевских стрелков.

– Какие будут распоряжения, сэр? – спросил Стеннис.

– Чуть меньше официальности. По расчетам, именно из вашего района велся огонь. Откуда-то отсюда.

– Не знаю. Вы военный, вам лучше знать. Пушку, миномет, ракетную установку. Паписты уже давно смылись, но она где-то здесь, они ее бросили, потому что она им больше не нужна. В последнее время паписты вообще часто бросают свое оружие, не то что раньше.

– Католики. Боевики ИРА. Не бывали по ту сторону залива?

– Не приходилось, сэр.

– Все еще впереди. Сейчас там такая буча начнется… Хорошо. Как я понимаю, по левую руку от нас промзона, а по правую – жилые дома. Кто-нибудь видел что-нибудь подозрительное в этом районе во время патрулирования?

– Допустим. Вряд ли они стали бы прятаться в жилых районах – там много лишних глаз. А вот промзона – идеальный вариант. Ваши солдаты смогут перебраться через забор?

Капрал покровительственно усмехнулся.

– Думаю, что смогут, сэр. Отделение! Слушай мою команду…

Темнело – уже реально темнело, остаток светового дня пошел на минуты, а потом истерзанный разрывами город должна была накрыть ночь, скрыв его раны до следующего дня. Промзона оказалась большой, длинной и безмолвной – работать здесь уже не работали, а к сносу и постройке жилья еще не приступали. Экономическая ситуация в стране была не слишком хорошей, и много строений коммерческого назначения пустовало.